Матвей, облаченный в черные рубашку и с покосившимся деревянным крестом на могиле отца, делится планами похоронить родителей еще лучше. Воздух накален дождем, а я стараюсь убрать склон холма, где лежат высушенные цветы - заслужившие столь долгое пребывание на этом месте. Это место словно таяло в собственной атмосфере безмолвия и боли, заставляя читателя погрузиться в глубину человеческих слез и надежд....
Наталья, что Марго вместо бабушки, уходит укладывать разбойницу спать.
Я, пообщавшись с гостями еще немного, тоже поднимаюсь в свой номер. Ден больше ко мне не подходил, поблагодарив за танец, ушел из зала.
Сказать, что я разочарована - не сказать ничего. Неужели, он настолько слеп, что не видит, что я готова сегодня к диалогу?
Да, черт возьми, я хочу с ним говорить! Говорить о том, что мы никогда не обсуждали. О нашем разрыве.
Я хочу слышать его мнение, если оно у него вообще есть.
Разбираю сложную прическу и иду в душ, а после, надев ночную сорочку, ныряю под одеяло.
Горестно вздыхая, прокручиваю в голове наш с Аней сегодняшний разговор, анализирую поведение Дениса и прихожу к выводу, что готова, пожалуй, наступить на горло собственным страхам и дать нам еще один шанс. Последний.
Просыпаюсь внезапно. Распахнув глаза, делаю глубокий вдох.
Ден.
Комната наполнена его запахом и густой аурой. Я их ни с чем не перепутаю.
Переворачиваюсь на спину и вижу его силуэт в окне.
- Зачем пришел?
Он стоит, оперевшись бедрами о подоконник и сложив руки на груди.
- Спросить хочу… - отталкивается и начинает идти в мою сторону.
Я мгновенно вся подбираюсь. Сажусь и, прижав колени к груди, обнимаю их руками.
- О чем?
Остановившись около кровати, вынимает полы рубашки из-за пояса брюк и, не торопясь, принимается расстегивать пуговицы.
- А чего это ты делаешь? – хмыкаю нервно, - на что-то рассчитываешь? Зря.
- Мы просто полежим и поговорим.
- И все?
- И все, - подтверждает тихо, - ничего не будет… если сама не захочешь.
Гад. Это провокация.
Молча наблюдаю, как он избавляется от рубашки и принимается за брюки. Бряцание пряжки, а следом звук расстегиваемой молнии бьют по натянутым нервам, и я с ужасом ощущаю, как начинаю возбуждаться.
Коротко выдохнув, прижимаюсь лицом к коленям. Это нормальная реакция, у меня уже сто лет секса не было, к тому же это Тюменцев, тот, кого однажды и на всю жизнь выбрало мое чокнутое сердце.
Почувствовав, как прогибается под ним матрас, я неосознанно отодвигаюсь к противоположному краю.
Скользит темным взглядом по моим голым плечам, рукам, обхватившим колени, и поднимает его к моим глазам.
- Чего ты боишься?
Я не сразу понимаю, о чем речь.
- Целлюлита, ранних морщин, отвисших сисек… - перечисляю задумчиво.
Ден, глядя на меня слабо улыбается.
Такой красивый, зараза.
