Автор
В магазине шопинг-гламурных супермоделей, женщина подхватывает сумочку своей фантазии, а продавщица в упоении рассказывает о последней кофточке. Я решаюсь прервать их беседу и спрашиваю: "Вам нужна еще что-нибудь?" - и смотрю на новую покупку: сумочкую мечты, идеально подобранную к свитеру для мужа в придачу. Куплю ее, чтобы дополнить модную юбку своей фантазии....
– Меня ножом полоснули! Погибаю.
Утром того дня, когда погибла младшая дочь, ее няня упала, выбила колено, встать не смогла. Женщину увезли в больницу. Антонина, экономка, нам в Чехию не позвонила, о травме гувернантки не сообщила. Решила, что сама справится. И вон что вышло. То, что Алла пропала, прислуга осознала, когда девочка не появилась за ужином. Вера села за стол, а младшей сестры нет. В отделение экономка сразу не обратилась.
– Почему? – не выдержала я.
– Она не подумала, что все серьезно, – объяснил Михаил, – решила, что Аллочка где-то прячется.
– Да, – коротко ответил полковник.
А я опустила глаза. Если пропал ребенок, то счет идет на минуты. Возможность найти его сохраняется несколько часов, потом она начинает быстро уменьшаться.
"– Местные парни оказались дураками, – продолжал Михаил Львович, – они велели ждать трое суток. Дескать, детям свойственно прятаться, Алла скоро вернется.
В районе обеда Антонина позвонила мне в рыданиях. Мы с женой незамедлительно вернулись в Москву. А теперь посчитайте время!
Михаил Львович потер ладонью затылок.
– Я узнал об исчезновении дочери через сутки.
