Автор
В пятницу вечером мне позвонил Егор и предложил отправиться на необычный пикник. Я с сомнением отложил книгу — воскресенье обещал быть скучным. Однако Егор уговорил меня замутить историю и отправиться на остров с загадочными сокровищами, где нашла себе убежище моя фантазия....
– Ах, Ванечка, это примета! Если девушка, выходящая замуж, имеет сына, то она обязана молчать, пока мальчик не возьмет маму за руку и не поцелует ее! Иначе счастья не будет!
– Навряд ли женщину, родившую ребенка, можно назвать девушкой, – машинально поправил я Маку.
Кока топнула ногой:
– Вава! Целуй Николетту!
Я нехотя повиновался.
– Ура! – заорали присутствующие. – Ура! ура! ура!
– Вава, смотри, – заверещала маменька, – это подарки Вольдемара! Вот! Кольцо! Шикарный бриллиант! Ожерелье! Браслет! Камни редкой воды! Дайте мне чаю! Вольдемар, дорогой, не пей коньяк, он тебя не достоин.
Владимир Иванович улыбнулся и вытащил из кармана черную бархатную коробочку.
– Тут еще перстенек.
– Вау!
– О-о-о!
– Дайте глянуть!
– Это изумруд!
– Невероятно!
Издавая звуки, которым могли бы позавидовать сирены, дамы кинулись рассматривать новый презент.
– Видишь, Нико, – взвизгнула Кока, – я всегда считала, что в награду за сына-балбеса ты заслужила счастье! Конечно, мои камни лучше, но этот на втором месте!
Я вздрогнул и подошел к стоящей в стороне Сонечке.
– Что тут происходит?
Девушка хихикнула.
– Дядя влюбился в Николетту, она ответила ему взаимностью. Правда, сначала мне казалось, что Нико не готова к замужеству, но потом дело уладилось.
– Они ухитрились оформить отношения?
– Ну да! Дядечка пошептался с кем надо в загсе, и им поставили штамп. Сейчас, так сказать, просто чай, настоящую свадьбу сыграют позднее.
Мой бедный бумажник вспотел в ожидании неминуемых трат.
– И дядюшка пообещал ей все-все, – улыбалась Сонечка, – завтра они с Нико начнут разрабатывать план торжества. Кстати, Ванечка, ты не против, если я тоже тут поживу? Все-таки я племянница жениха!
«По-моему, ты и так уже здесь поселилась», – чуть было бестактно не ответил я, но тут внезапно до меня дошло.
– Какой рубин! – взвизгнула Мака.
– Да, хорош, – грустно признала Кока.
