Правда, имя предполагаемого богача оба забыли — тогда словам Губы значения не придали, а после пережитой встряски и недели опасных скитаний оно и вообще выветрилось из голов, не привыкших к долговременной умственной деятельности. Как искать неизвестно кого среди нескольких сотен тысяч жителей? Поэтому разговоры о перспективном деле носили сослагательное наклонение: если бы да кабы…
Озверев от сырого сумрака подвала, они поднимались наверх, в гостиную, где можно было согреться и немного отвлечься. Кальмар, правда, не рекомендовал этого делать, потому что к нему иногда захаживала соседка якобы по хозяйственным делам. Настойчивая особа имела обыкновение заглядывать в окно, а увидев посторонних или заметив какое-то подозрительное движение, могла поднять тревогу. Но они все же нарушали запрет, а чтобы избежать разоблачения, просто плотнее задергивали занавески. Дни шли, угроза задержания становилась все менее реальной и, как часто бывает у людей с их опытом, они поняли, что на этот раз им удалось избежать карающей руки закона. Надо было решать — как жить дальше, однако ответить на этот вопрос они не могли, недаром старинная поговорка гласит: «Для корабля, который не знает, куда плыть, ни один ветер не будет попутным!»
И вдруг все чудесным образом изменилось. В очередной раз, придя с базара, хозяин, как всегда, принес ужин — среднего размера дораду, завернутую в измятый, мокрый и воняющий рыбой «Вестник Порт Ауэрто».
— Вот, полюбуйтесь на свои рожи! — со смехом объявил он. — Сегодня нашел под прилавком…
— А ты что, стал газеты читать? — удивился Молчун.
— А ты глянь, тебе тоже захочется почитать! — Кальмар развернул газету, положил на стол, разгладил…
Они обомлели: наверху страницы красовались фотографии всех шестерых беглецов. Четыре были небольшого размера, и перечеркнуты крест-накрест тонкой красной линией. Фото же Тощего и Молчуна были увеличены, наверное, чтобы читатели хорошо запомнили и опознали их при случае. Чуть ниже находились еще два портрета. В одном они узнали женщину, которая за считаные секунды перестреляла всех их товарищей. Фотография мужчины оказалась неизвестной.
Но все стало на свои места, когда они прочли статью о том, как «Миссис Оливия Уоллес, проявив чудеса храбрости, обезвредила четырех опасных преступников, тем самым спасла город от бандитов». Оказывается, красивая брюнетка является женой лучшего полицейского, которого зовут Энтони Уоллес. Они вместе с женой приехали из Англии три года назад.
— Вот он ее и научил шмалять! — процедил Молчун. Но Тощий задумался над другим.
— Вспомнил, какую фамилию называл Губа! — вдруг воскликнул он. — Уоллес!
— Да, точно! — оживился Молчун.