Попытки взять интервью у мужа героини тоже не увенчались успехом: сержант Уоллес вместо интервью обещал всем желающим дать хорошего пинка, для убедительности демонстрируя крепкий кулак, а особо назойливому фотографу невзначай разбил камеру.
Но девятый вал нельзя остановить, его брызги разлетелись по всей округе. Неведомыми, а на самом деле хорошо известными путями использования принципа материальной заинтересованности репортеры узнали адреса и собрались толпой как у дома Уоллесов, так и у их фермы. Объективы были нацелены со всех сторон, Оливию снимали и одну, и с животными, и с персоналом. Энтони подлавливали при выходе из коттеджа, при входе в полицейский участок, при посадке в отправляющийся на «Ориент» катер. Все это рассылалось в редакции газет и различные информационные издания. Щелкали затворы длиннофокусных фотоаппаратов, бесшумно снимали видеокамеры — то, что не могло привидеться «Виктору» и «Сьюзен» в страшном сне, происходило в действительности — журналисты со всего мира фотографировали их, снимали на видео и расспрашивали тех, кто их знает. О том, когда они прибыли в Порт Ауэрто, как зарекомендовали себя, что рассказывали о своей жизни, как проявили себя в общении с соседями, знакомыми и так далее.
При этом недостаток информации дополнялся выдумками, и что получится из всей этой истории, никто заранее сказать не мог. Дело дошло до того, что вечером, приехав на ферму, Уоллес сказал Оливии:
— Боюсь, что нам придется отсюда уезжать.
Она молчала. Да, дело шло к этому. В конце концов, тихое, уединенное, стоящее в стороне от туристических маршрутов место, благодаря случайности, которую не могла предвидеть даже теория вероятности, превратился в свою противоположность. Складывалось впечатление, что высшие силы решили снять завесу покрова с бежавших разведчиков «Сьюзен» и «Виктора».
Человеку тяжело сменить место жительства, порвать все связи, бросить свой дом, свои вещи, свою биографию и начинать все заново. «Сьюзен» и «Виктор» несколько раз проживали чужие жизни, которые прикрывали их истинные планы. И каждый раз это действовало на организм, расшатывало нервы, наносило определенный ущерб психике. Последний побег был еще более психологически травматичен. Потому что, если служебные задания они выполняли по приказу официальных структур, пользовались специально подготовленными документами, тщательно разработанными легендами и прикрытием на случай непредвиденных обстоятельств, за ними стояло государство.
