Героический роман о советском офицере Кирилле Мазуре, прошедшем специальную подготовку в военно-морском флоте. Его опасные задания, профессионализм и мужество в условиях холодной войны раскрывают историю человека, посвятившего жизнь службе Родине и выполнению секретных операций.
Раздел Chitat.online для книги «Пиранья» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Героический роман о советском офицере Кирилле Мазуре, прошедшем специальную подготовку в военно-морском флоте. Его опасные задания, профессионализм и мужество в условиях холодной войны раскрывают историю человека, посвятившего жизнь службе Родине и выполнению секретных операций.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Героический роман о советском офицере Кирилле Мазуре, прошедшем специальную подготовку в военно-морском флоте. Его опасные задания, профессионализм и мужество в условиях холодной войны раскрывают историю человека, посвятившего жизнь службе Родине и выполнению секретных операций.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Вот тебе почему-то всегда удается на задании сочетать приятное с полезным, а у меня не получается.
– Ребята где?
– Колька на почту пошел, – сказал Лаврик. – Разговор с женой заказать. Единственный у нас женатик, как же… Лымарь с Ольгой на пляже, в рамках спектакля. Правда, дело тут не только в спектакле, Генка из кожи вон лезет, чтобы у нее выманить фотку в купальнике… ах да, ты, может, и не знаешь…
– Про фотку, что делал Маэстро? – спросил Мазур. – Знаю. А вот ты про другие фотки наверняка не знаешь… Из «Жемчужины».
– Не знаю, – насторожился Лаврик. – Ольга докладывала только, что Верочка с Мариной часа два в нумерах проторчали – вот уж не ожидал… Ну-ка?
Мазур рассказал кратенько – что за фотографии, где он их увидел, где они сейчас – а заодно и о том, что объявился наконец Умник. В заключение сказал:"
"– Вот теперь я решительно ничего не понимаю. Почему это именно с Верой проделали, а не постарались Вадима в такую игру затянуть? Ты, конечно, профессионал, тебе виднее, но, по-моему, что-то тут решительно не стыкуется. Все это вполне укладывается в версию касательно подпольного богача-похотливца. «Или дашь добром, или фотки мужу покажем». А вот в версию о чужой разведке и вербовочном подходе категорически не втискивается. Или в твоем ремесле есть какие-то тонкости, каких я не знаю?
– Тонкостей таких, конечно, куча, – тихо и задумчиво сказал Лаврик. – Но могу тебе смело сказать, не выдавая никаких служебных секретов: правильно мыслишь. Не сочетается эта история и качественный, профессиональный вербовочный подход… Никак не сочетается…
– Ну, коли уж я в правильном направлении мыслю… Еще дилетанта послушаешь?
– Да с удовольствием, – сказал Лаврик. – Иногда дилетант лучше усмотрит что-то полезное, чем профессионал, у которого глаз чуточку замылен… Валяй, обещаю иронически не комментировать.
– Самарин, а если тут две группы? – сказал Мазур. – Условно обозначим как «развратники» и «шпиёны». Я верю, что вторые есть в реальности – уж если Дракон тебя на это дело нацелил, значит, источники информации у него были надежные. Да и то, что хозяйкой тут оказалась тетя Фая с ее бурной биографией, я бы никак к совпадениям не отнес. Но что, если до сих пор действовали только «развратники»? А «шпиёны» еще на сцену не вышли?
Лаврик думал с полминуты. Потом сказал:
– Как одну из версий допустить можно вполне. Пока. Но и при этой версии не все понятно…
«Дашь добром, или фотки мужу покажем». Вообще-то жизненно. Но если мы такой вариант допускаем, автоматически выходит, что есть еще кто-то третий, которого мы не знаем. Тебе ведь что сказал Горский? Что своему «дорогому другу» он этаким манером помогает два года? Тогда это никак не Фомич.
