О чём книга «Пиранья. Первый бросок»
На локаторе мерцает тоска зеленая — атмосфера нереальности. Он как призрак скользит над песком, словно ангел но с человеческим грехом. Это первые шаги на пути к новому измерению реальности.

На локаторе мерцает тоска зеленая — атмосфера нереальности. Он как призрак скользит над песком, словно ангел но с человеческим грехом. Это первые шаги на пути к новому измерению реальности.
Мазур, когда Самарин незаметно подтолкнул его локтем, переключил внимание на кучку иностранных журналистов – те тоже уже откровенно скучали, засняв все достойное внимания.
Мадлен он отыскал взглядом довольно быстро. Она тоже, полное впечатление, умирала от скуки, лениво облокотясь на капот своего простенького зеленого «джипа», ее оруженосец-оператор, положив камеру на капот, старательно пускал кольца дыма, с той же скукой озирая многолюдное собрание.
Конечно, она старше Мазура лет на десять. Но все равно была хороша – синеглазая блондинка в защитного цвета шортах и белой блузке, небрежно расстегнутой ровно настолько, чтобы ничего не явить нескромным взглядам, но заставить мужские мысли свернуть на избитую тропку.
Неужели кончилось? Да, похоже, отбой.
– Вперед, друг мой, вперед… – посоветовал на ухо Самарин. – Валяй со всей непосредственностью, подзадержись сначала, пока наши малость подрассосутся, – и с богом…"
"Добросовестно потоптавшись у монумента, сделав вид, что увлеченно разглядывает надпись на нем и орнамент, Мазур мало-помалу отбился от потока соотечественников и взял курс чуточку левее, так, чтобы он пролегал неподалеку от «джипа».
Одним словом, он топал себе, не особенно пялясь по сторонам, всем видом показывая, что бредет скучающе, без ясной цели, – и очень быстро достиг своей цели. Был замечен.
– Сирил!
Вот теперь можно было совершенно непринужденно остановиться. Он подпустил радушия в улыбку:
– Здравствуйте, Мадлен!
И с самым живейшим интересом уставился на крыло «джипа».
– Сирил, вы меня разочаровываете, – сказала француженка.