Сергей с тревогой смотрел на чужие паруса. «Кто там, на борту? — думал он. — Самое худшее — это встретить английских пиратов, прикрывающихся вымпелом военного флота, потому что у них есть негласная „лицензия"" адмиралтейства на флибустьерство. Того и гляди возьмут на абордаж. Тогда расправа будет короткой, мужиков повесят, а с аборигенками поступят именно так, как и положено поступать с подобной добычей. Но зачем сразу думать о плохом? Возможны ведь и другие варианты. Лучший из них — это настоящее английское торговое судно. В этом случае пушками нашей «Кукарачи» мы его так пугнем, что эти англосаксы будут до самой Британии медвежьей болезнью мучиться. А если этот преследователь настоящий военный корабль, тогда перспективы туманны. Топить нас не станут, но арестовать вполне могут, для выяснения личностей членов экипажа. А где можно это выяснить? Все в той же Англии. Не хочется плыть закованным в железо, в душном трюме на опознание в недружественную страну. Даже если не в кандалах, а под «домашним арестом», в каюте — тоже перспектива не из лучших. Как ни крути, быть узником не хочется, даже и в комфортных условиях. Свобода — вот главная ценность в жизни человека».
— Итак, господа, это действительно англичане, будь они неладны! Вижу название — «Плимут», по тоннажу это судно больше нашей «Кукарачи», и вооружение его мощнее, — пояснил Степанов, разглядев в подзорную трубу все в деталях. — Кажется, это военный корабль. Нашего француза Гийома они, наверное, сразу утопят, а вот мы, вероятно, будем насильно интернированы.
— И баб наших отнимут, — поддержал его пессимистические прогнозы Худойконь.
— Взглянут на твою рожу, Кузя, и могут запросто на рею отправить, — решил подлить масла в огонь Строганов. — В зеркало посмотри и сразу поймешь, почему я так думаю. Пират пиратом."
"Ипполит хмуро оглядел впавших в уныние членов экипажа и решил, что пришла пора брать командование в свои руки.
— Как я понимаю, ни у кого нет желания сдаваться на милость победителей? Выше головы, господа! Без боя мы не сдадимся! Предлагаю продать наши шкуры подороже. Все согласны вступить в решительный бой? Мужчины кивнули в знак согласия.
— Слушайте, что я придумал. Все парусное вооружение приводим в действие и набираем ход. Все пушки заряжаем, но бойницы не открываем. Мы — простые путешественники и торговцы. Дальше действуем по обстоятельствам. Если они продолжат нас преследовать, попытаются остановить, станут лишние вопросы задавать, тогда ответим. Пошлем им наш горячий привет! Поздороваемся с огоньком! Одного бортового залпа хватит, чтобы их ошеломить, затем я закладываю штурвал и беру лево на борт. Пока они очухаются, мы уже будем идти обратным курсом.