– Вы что тут все, озверели?!
– Янина! Ты с ума сошла?
– Господи, они опять дерутся!
– Принесите воды кто-нибудь!
Пашка отошел в сторону, пошатываясь. Он выглядел растерзанным. Кровавые полосы на щеках, следы от укусов на предплечьях… Парень потер лицо, захныкал и превратился в маленького обиженного мальчика.
– Господи, Пашенька!
Тамара выскочила откуда-то из кустов, обняла сына, прижала к себе. Тот схватился за ее руку, как утопающий.
– Мам, клянусь, я ничего не сделал! Она на меня просто так бросилась!
– Правда, без всякого повода, – подтвердила бледная Женька.
Тишка обвела всех безумными глазами. Взгляд остановился на Пашке, и Тамара непроизвольно вскинула руку, словно защищая сына.
– Ты убил моего кота, – хрипло сказала Тишка. Жутковатый контраст между детским личиком и бешенством, звучащим в ее голосе, заставил взрослых переглянуться.
– Ты убил моего кота!
– Какого еще кота?! – завопил Пашка. – Люди, да она психованная!
Тишка сделала шаг к нему, и Юра схватил ее за плечо.
– Ой. Кто-то снова подрался?
Юра осекся при виде Вероники, вышедшей на поляну со своим обычным отрешенным видом. На руках ее угнездился маленький черный котенок, которого девочка рассеянно гладила по спине.
– Дымчик, – прошептала Тишка.
Котенок крутил головой, живой и невредимый, и таращился желтыми глазами.
Но кто же тогда был на липе?
Осуждающее молчание стало физически ощутимым. Невинно пострадавший от рук бешеной дикарки Пашка сидел, уткнувшись в мать. Жертва, несчастный парень, затравленный мелкими неудачниками – ею и Леликом.
– Ни разу сдачи не дал, – прошелестела тетя Люда. – Пальцем не тронул. Джентльмен!
Если бы Тишка могла, она бы рассмеялась. Но в голове ее царил хаос. Она не в силах была осознать, что произошло. Пашка убил другого котенка? Но черный был в поселке лишь один…
Девочка обвела непонимающим взглядом Женьку, Пашку, тетю Люду, Тамару, прижимавшую к себе сына, и задержалась на Лелике.
«У меня мышь пропала. Бойцовская, любимая».
Вспышка сверкнула перед Тишкой и озарила безжалостным светом ее любовно выстроенное гнездо, над которым болталась игрушка – черно-серая королевская мышь, украденная у Лелика.
Если бы она забралась в гнездо, то увидела бы, что это не котенок.
Но она не забралась. Пашка точно все рассчитал.
И речь подготовил правильную, которая должна была убедить ее, что он расправился со зверьком.
Тишка вскинула голову и увидела мать, бегущую к ним от дома.
С беспощадной ясностью она поняла, что ей никто не поверит.
