В мрачном доме за семью стенами шепелявый детеныш и его отец ведут беседу, словно из-под земли, а ребенок с невинными ресницами несется в мире своего воображения. Внутри книги мир теней и неловкостей, где каждое слово скрывает боль и горе.
Теперь все зависело от того, как быстро глава клинингового департамента сообразит, что ее заперли – и как скоро догадается выдернуть с десяток присоединенных к серверам проводков, чтобы тот, кто сейчас замещает «недовешенного» системщика, прибежал выяснять, почему глючат компьютеры. Что уборщица замерзнет, он не боялся – такие бабки не то что при +10°, они и в лютый мороз не пропадут!
Сверяясь с прихваченным с тети Пашиного стола планом, Сева свернул раз, другой… И тяжело переводя дух, остановился у двери с надписью «Компрессоры.
– Бум-пши-и-и-шик! – очередная струя теплого воздуха ударила ему в спину, выжимая пот.
– Эй, парень! Лысый! Ты тут? – хрипло позвал Сева и закашлялся.
А в ответ только:
– Пши-и-шик!
Как потерявший след пес Сева закружил между компрессорами:
– Ты где? Отзовись! Ну я же знаю, что ты тут! – уже жалобно попросил он.
"Но бритоголового между компрессорами не было. Ближайший агрегат издевательски дохнул мальчишке в лицо и горячий воздух умчался по трубе… Сева безнадежно повел по ней взглядом… Трубы всех компрессоров уходили в стену. А еще в этой стене была маленькая, неприметная дверца. Сева торопливо зашелестел планом… Рядом с компрессорной обнаружилась еще одна комнатка, куда попадал горячий воздух – и откуда и выходили воздуховоды! Ну конечно! Сева аж подпрыгнул от сменившей отчаяние надежды.
Размахивая банкой с тараканами, Сева метнулся к двери, от волнения только с третьего захода вставил в прорезь универсальный ключ… Дверь стремительно распахнулась, будто на нее кто-то напирал изнутри.
