В мрачном доме за семью стенами шепелявый детеныш и его отец ведут беседу, словно из-под земли, а ребенок с невинными ресницами несется в мире своего воображения. Внутри книги мир теней и неловкостей, где каждое слово скрывает боль и горе.
– Ну, допустим, генеральным менеджером я его сделала, чтоб Наталье было приятно, – немедленно возразила Анна Викторовна. – И работы у них пока особой нет – полтора клиента на десять служащих!
– Почему ты со мной всегда споришь? И ребенок от тебя научился: на каждое мое слово – у него два!
Привычный скандал начал набирать обороты.
Лифт неспешно вез Севу вниз. Мальчишка нетерпеливо кусал губы – ему казалось, что лифт двигается с невыносимой медлительностью, зато стрелка на часах летит как сумасшедшая, приближая неизбежный крах банка, а с ним и крах их детективного агентства! Один Большой Босс уцелеет – этот как всегда лучше всех устроился, его долю на счет в Лондоне переводили.
Лифт дрогнул и остановился. Приехал? Но на табло светилась всего лишь цифра четыре. Двери медленно – опять невыносимо медленно! – разъехались и в лифт ввалились генеральный менеджер Юра, его зам Алена и держащийся чуть в стороне от них Алексей. Все с пирожками в руках. У Юры – два. С неприятным ревнивым чувством Сева подумал, что второй пирожок не иначе как для Кисоньки.
– Ой! – завидев Севу, Юра даже попятился. – А этот что тут делает? – Похоже, он готов был выпрыгнуть из лифта – лишь бы оказаться от ненормального уборщика подальше – но дверцы уже закрылись.
Мамашу твою спасаю! – хотелось рявкнуть Севе. Вместо этого он как можно ниже опустил голову и снова забубнил голосом добросовестного дебила:
– По моющим средствам недостача выходит. Хлорки-то и нету! Апельсины всякие есть, а хлорки-то… – он разочарованно развел руками, показывая, что хлорки и впрямь нету.
– Какие апельсины? – растерянно переспросил Юра.
– А вот такие – лимонные! – с негодованием провозгласил вошедший в раж Сева и выхватил с каталки здоровенную бутыль моющего средства с лимоном на этикетке. Сунул ее генеральному менеджеру прямо под нос. И тут же пожалел об этом. В образовавшемся пространстве, в сплошной стене банок и бутылей, виднелась пристроенная позади них синяя папка.
Сева разжал руки. Здоровенная бутыль, гулко булькнув, со всего маху шарахнула Юру по ноге. Мальчишка заорал, подскочил, не удержал равновесие и вцепился в длинный Аленин шарф. Шифон затрещал.
– Уберите от меня этого придурка! – орал Юра.
– Сам придурок! Это ты от меня уберись! – визжала в ответ Алена, пытаясь высвободить свой шарф.
Согнувшийся от хохота Алексей держался за живот.
