В мрачном доме за семью стенами шепелявый детеныш и его отец ведут беседу, словно из-под земли, а ребенок с невинными ресницами несется в мире своего воображения. Внутри книги мир теней и неловкостей, где каждое слово скрывает боль и горе.
– Или кража кредита и правда работа учредителей… Но тогда получается, они сами подставились под арест своего имущества – и все это для того, чтобы купить банк, который им и так принадлежит! Нет, ну всяко бывает, конечно, но что-то мне не верится…
– А вторая возможность? – поинтересовалась Катька.
– Сговорились не учредители, а все остальные, чьи подписи там стоят! В смысле, бухгалтер, системщик этот самый, может даже, председатель… Прознали коды… – он поглядел на Вадьку, проверяя, возможно ли это.
– Как в кино? – ахнула Катька, – «Лига джентльменов»? Он выпивает жидкость из пробирки…
– А потом в голом виде шастает по банку – местных теток пугает! – рявкнул на нее Сева.
– Ты думаешь, главный финансовый преступник – директор клинингового департамента? Тетка-уборщица в синем халате? – после недолгой паузы спросила Катька.
– А что? Такое у нас уже бывало…[10] – вспоминая прошлые дела, пробормотала Мурка.
Дверь черного хода хлопнула, и в рабочую комнату ввалилась усталая Кисонька.
– Между прочим, скоро девять часов… Интересно, что мы родителям скажем… – вроде бы в пространство сообщила Мурка.
– Я позвонила родителям, – стягивая пальто, невозмутимо сообщила Кисонька. – Сказала, что познакомилась с мальчиком – генеральным менеджером детского банка…
– Что? – аж задохнулся Сева.
– Что мы идем с ним в «Айвенго», а потом в парк – тусоваться с готами, – не обращая на него никакого внимания, продолжала Кисонька. – Потом мы, правда, еще попали в драку между готами и эмо, но об этом я уже родителям не говорила.
– Ты просто всем эмо наваляла, – захихикала Катька.
– Ну что ты, Катя, – укоризненно покосилась на нее Кисонька.
