В кабинете пахло карамелью — легким, ненавязчивым ароматом, который моментально пробудил вошедшую девушку в ритм воспоминаний о предыдущем звонке. Она смущенно зашла внутрь, но запах не давал ей покоя — призывая вернуться к предложению массажа.
– Что тебе нужно, Альберт?
– Я пришел поздравить тебя с наступающим и всё-таки помириться. Нельзя оставлять ссоры и обиды в старом году. Вот, принес цветы.
Перед лицом Марии появляется букет алых роз. Девушка кривит лицо, вздыхает, вот совсем ей сейчас не до бывших ухажёров. Вот совсем не до Альберта. Смотрит на его лицо и заклеенный пластырем перебитый нос.
– Альберт, спасибо, конечно, но не стоило. И ты прекрасно знаешь, что я терпеть не могу алые розы. О каком примирении ты говоришь, если зациклен только на себе.
Маша хочет обойти его мощную фигуру, но Альберт хватает ее за руку, пытаясь остановить, тело девушки по инерции тянется к нему.
– Что здесь происходит!? Маша!
Молодые люди поворачиваются на голос. В пяти метрах от них стоит Иван, в руках полные пакеты, под мышкой елка, а на голове колпак Санта-Клауса. От его вида хочется смеяться, если бы не было так горько, то Маша непременно бы это сделала.
– Я спрашиваю, что здесь происходит?
Пакеты падают на снег, туда же летит елка и колпак. Иван большими шагами сокращает расстояние, пытается ухватить Марию за руку, чтобы отодвинуть от Альберта.
– Не трогайте меня! Оба! А тебя совершенно не касается, что здесь сейчас происходит! – девушка срывается на крик, обращается к Ивану и выплевывает эту фразу ему прямо в лицо, одергивает обе руки, отталкивает от себя Альберта и его букет.
– Но, Маша, – Альберт подает голос.
– Альберт, уйди. Иначе получишь еще. – Иван продолжает смотреть только на Марию, его девочка плакала, это видно по глазам. Волосы растрепанные, в руках теребит яркую шапочку. – Я предупреждал, чтобы больше я тебя не видел рядом с ней!
– И ты тоже, Иван, уйди. Я не хочу тебя видеть. Уйди туда, где тебе хорошо!
Предательские слезы наворачиваются на глаза, но нельзя при нем плакать и показывать свою слабость. Она сильная, она справится и не станет унижаться, просить остаться, когда у ее любимого мужчины есть семья.
– Что ты такое говоришь? Где ты была? Я звонил весь вечер, писал, ты ничего не отвечала.
– Это совершенно не твое дело, где и с кем я была. Ты не имеешь никакого права спрашивать меня об этом. Ты для меня никто, как и я для тебя! И… Альберт, уйди уже. Уходите оба!
Маша разворачивается, забегает в открытый подъезд. Как только девушка скрывается, Иван, сжимая со злости кулаки, разворачивается к Альберту.
