В кабинете пахло карамелью — легким, ненавязчивым ароматом, который моментально пробудил вошедшую девушку в ритм воспоминаний о предыдущем звонке. Она смущенно зашла внутрь, но запах не давал ей покоя — призывая вернуться к предложению массажа.
Ее мать, ты ее видела в парке, так до сих пор и не знает, как сказать дочери, что ее папа больше не придет. Вчера я сорвался именно к ней, к Алене. Она такая забавная, считает, что когда она вырастет, я буду ее мужем, мы будем Аленушка и Иванушка, как в сказке. Я обязательно тебя с ней познакомлю. Ты веришь мне?
Маша не знала, что ответить. Она представила, как чувствует себя жена, потерявшая любимого мужа, как чувствует себя девочка, которая никогда больше не увидит любимого папу. Холод сковал сердце.
– Ну, сейчас-то чего ревешь, любимая моя?
– Лю…лю…любимая?
– Конечно, любимая, моя славная девочка. Извини, что я так ушел и ничего не сказал, не объяснил.
– Ну, это я еще проверю, – а у самой в глазах уже пляшут черти.
Маша сама накидывается на его губы, целует, проникает язычком в рот. Запрыгивает на мужчину, обвивая его торс ногами. Целует жадно, страстно. Молодые люди лихорадочно скидывают одежду. На пол летят куртки, шарфы, свитера.
Кое-как добравшись до комнаты, Машу кидают на кровать. В одном нижнем белье, в свете мигающих гирлянд, с растрёпанными волосами и зацелованными губами она чертовски сексуальна.
– Ты безумно красивая, Карамелька!
Иван стоит над ней, медленно растягивая ремень и ширинку. Спускает джинсы и боксеры. Стоит перед ней полностью обнаженный с совершенным телом и идеальным большим эрегированным членом. Разглядывает Машу, как она завороженно смотрит, как подрагивает член, как на головке блестит смазка, как поджаты крупные яички.
– Иди уже ко мне, – расстёгивает и откидывает бюстгальтер, сжимает налитую грудь, сдавливая соски.
Мужчина опускается, резко сдергивает с нее трусики, раздвигает широко ноги, любуясь киской с набухшими губками. Во рту накапливается слюна, он так давно не целовал ее там. Не вылизывал сладкие складочки, не проникал язычком.
Медленно приближается, касается языком чувствительных лепестков. Скользит им вдоль складочек до самого колечка ануса, уделяя ему больше внимания.
Язык касается клитора, он словно спелая вишенка, просит ласки. Посасывает его, два пальчика входят в безумно влажное лоно девушки.
– Ваня, боже мой, не мучай меня… я не могу уже…а-а-а.
