Автор
В темном баре, где звуки дробятся в ночной тиши, голос девушек прорывается через толпу. Харриет, скромно пряча левую руку под скатерть, смотрит на Эллу — актера-постдраманта, который не унимается даже в таких местах. Каждое слово Эллы — будто штрих на живописной карте загадки....
Юбка снова задралась значительно выше колен.
Льюис скользнул взглядом по ее ногам и, пожевав губами, будничным тоном сказал:
— Надеюсь, вы сработаетесь с Ровеной. У нее сейчас трудный жизненный этап. Наш новый фильм станет для нее важным испытанием. И ей необходимы поддержка и понимание. Порой она становится труднопереносимой, но все это от ее неуверенности в себе. Вы скоро поймете, что большинство актеров очень ранимы. Вы следите за моей мыслью?
— Если бы моя работа зависела от моей внешности, я бы тоже ощущала внутреннюю неуверенность, — ответила Харриет, размышляя, почему Льюис остался внешне равнодушным к ее ногам: потому, что слишком часто видел женские ноги, или же потому, что у Ровены они лучше? Последний вариант ее почему-то не устраивал, она считала, что может гордиться красотой своих ног.
Словно бы угадав ее мысли, Льюис решил сделать ей комплимент.
— По-моему, у вас нет оснований испытывать неуверенность, — глядя ей в глаза, сказал он.
— Ровена — настоящая красавица, — сказала Харриет первое, что пришло ей на ум.
— Раньше — да, но когда тебе тридцать, камера может преподнести неприятный сюрприз.
— Ей тридцать лет? Вот уж бы никогда не подумала! — воскликнула Харриет.
— Рад отметить, что у вас цепкий ум! Это именно те слова, которые Ровене хотелось бы почаще слышать, — сказал Льюис, вскинув брови.
— Но ведь это на самом деле так! — возразила Харриет.
— На вашем фоне она вряд ли будет выглядеть двадцатилетней девушкой, — скептически усмехнулся Льюис.
— Она сама выбрала меня.
— Не принимайте мои слова близко к сердцу, — улыбнулся Льюис, умолчав о том, что Харриет отобрал он и выбор его был тщательно обдуманным. Нужно было заставить Ровену ревновать, отвлечь ее от тревоги за свое будущее, возбудить в ней новые эмоции. Только в этом случае его план мог сработать, только так он мог ей помочь.
Наступила неловкая пауза. Внезапно дверь распахнулась, и в гостиную вошла Ровена, ведя за собой стройного блондина с голубыми глазами и свежим, молодым лицом подростка.
— Крис, я хочу познакомить тебя с Харриет Рэдклифф, — важным тоном произнесла Ровена. — Харриет, позвольте вам представить моего единокровного брата Криса Фолкнера.
Харриет привстала и пожала руку молодому мужчине, откровенно пожирающему ее взглядом.
— Да вы настоящая секс-бомба! — воскликнул он, не скрывая изумления.
