Автор
В Пятизвездочном теремке любовь и ссоры взаимозаменяемы. Женщина, стремящаяся к счастью в браке, должна обладать здоровьем и отсутствием памяти - чтобы не забывать злые выходки мужа. Киса знает, как избежать скандалов: "Если заболеешь, то не сможешь с мужем пойти в кино". Погружайся в мир, где любовь и неприязнь тесно взяты друг за друга....
Только на лицо страшная и волосы как шерсть у мексиканской лысой собачки. Но ведь главное душа! Спасибо за доброту! Автограф подарили, селфюшечку сделали. Вы теперь мой двойной кумир! Не то что одна телеведущая! Так меня лесом послала, что я теперь икаю, когда она на экране вся красивая нарисовывается.
— Лампа! Ты принесла подарок? — закричало голосом Кисы странное существо, похожее на бильярдный шар, только размером с журнальный столик. Из шара торчали две тонкие ноги в желтых колготках и такого же цвета кроссовках.
— Да, — ответила я, подходя ближе. — Вы кто?
— Не узнала, — радостно заверещал шар. — Колобок! И я Киса. Видишь? Там дырочки сделаны. За ними мои глазки и рот. У меня самый лучший костюм. Купила подарок? Какой?
— Шоколадную фигурку в виде цветочка, — ответила я.
— Здорово, — обрадовалась Киса.
— Просим всех сесть, — ожил динамик. — Наш вечер, посвященный лучшему в Европе санаторию, начинается.
Глава 30
Если вы когда-то окончили консерваторию, то, будучи даже неудачливой, никому не нужной арфисткой, давным-давно забывшей про инструмент, не сможете наслаждаться пением звезды по имени Холли.
— Пою только вживую, — объявила дива в перерыве между очередными зонгами."
"Из моей груди вырвался тяжелый вздох. В некоторых случаях «фанера» бывает спасением для слишком нервного слушателя, который знает про мажорные и минорные тональности и не путает тональный круг с тональным кремом.
— А сейчас проводим лучшую звезду России аплодисментами, — я на радостях так забила в ладоши, что сломала ноготь на указательном пальце.
— А теперь смотрим пьесу, посвященную санаторию, — провозгласила Лиза, тоже появляясь на подмостках. — Кто угадает, как она называется?
— Теремок, — закричала я, до сих пор испытывая ликование от известия, что Холли более не издаст ни звука.
Елизавета повернулась к кулисе и повторила:
— Кто угадает, как она называется?
— Теремок! — снова отозвалась я.
— Женщина, замолчите, — прошипела полная тетка в ярко-красном платье, которая сидела рядом. — Что вы визжите? Вопрос задали детям! Так спектакль начинается.
Я прикусила язык.
— Кто угадает, как она называется? — в третий раз спросила Лиза.
— Теремок! — вырвалось у меня.
Честное слово, не понимаю, как это произошло!
— Госссподи! — прошипела тетка.
