Автор
Плакса (СИ) — это интенсивная серия событий, когда болельщики растворяются в экстремальной радости и гневе после победы любимой команды. Вихрь эмоций окутывает ледовую арену, словно магнит, собрав всех вокруг и перенося их в момент, когда они полностью растворяются в этом взаимоприятии чувств и памяти, запечатлевая самые яркие эпизоды жизни....
В глазах защипало и я поняла, если еще раз подумаю о Ване, то могу снова разрыдаться. Показываться в таком виде перед Алексеем мне не хотелось. Я открыла кран с холодной водой и плеснула ее себе в лицо, стараясь успокоить жжение в глазах. Со временем у меня получится не плакать каждый раз, когда хоть на секунду подумаю о Ване. Я умылась, нанесла на лицо маску и патчи на глаза, пытаясь хоть как-то убрать мешки под глазами. Затем я встала под душ и мое тело медленно начало расслабляться. Горячие струи били по напряженным мышцам, с каждым ударом капель о кожу, расслабляя их все больше.
Я обмотала полотенце вокруг тела и быстренько прошмыгнула из ванной в свою комнату. Не хотелось в таком виде встретиться с Алексеем."
"Уже в комнате я сбросила с себя полотенце и достала из комода плюшевые пижамные штаны и старую хоккейную джерси моего брата. Я давно ее у него стащила, но никогда до этого не носила, потому что она была слишком большой и в ней было жарко.
На ноги я натянула свои тапки с мордочкой лисы, которые мне подарил Марик на наш прошлый День Рождения. Он часто называл меня ласково Лисси и постоянно дарил мне какие-то милые вещи с лисами, говоря, что это мое тотемное животное. Мне нравились его подарки, но я была не согласна с ним — в сказках лисы были хитрыми и изворотливыми, ни тем ни другим качеством я не обладала.
Я вышла из комнаты и почувствовала аромат кофе и яичницы. Войдя на кухню, я, кажется, даже раскрыла рот от удивления. Алексей всей его несносной персоной, сидел за нашим столом и уминал яичницу с сосисками.
— Ну, ты и наглый, — сказала я и села напротив него, наблюдая за тем, как яичница с тарелки исчезает в его рту.
— Не беспокойся, тебе я тоже приготовил, — ухмыльнулся парень и сделал глоток кофе из моей чашки.
МОЕЙ чашки!
— Ты живешь этажом ниже, — решила я напомнить ему, если он вдруг забыл. — Но ешь нашу еду!
— Так ты не только плакса, но еще и жадина?
Глумился он надо мной.
— Неужели тетя Лена не научила тебя манерам?
Он закинул себе в рот кусочек сосиски, и, жуя, ответил:
— Она пыталась.
Словно зачарованная я продолжала наблюдать за тем, как его тарелка пустеет с каждой секундой.
— Это моя кружка, — сказала я ему зачем-то.
