В глубоких снах читатель погружается в тенистые аллеи замка Эссендорф, где пламя надежды ярко прогорает между каменных башен и старыми деревьями. Героиня, в поисках истинной семьи, откроет самые таинственные уголки этого места, открывая глубокую суть своего пути к самоузнанию....
– Не смей на меня шипеть, ящерка! – проворчал Змей, берясь за цепь, обмотанную вокруг шеи драконихи, и вытаскивая её из ящика.
– Он зовёт её просто «ящеркой», – тихо заметил Икар, – но ей это не нравится. Она хотела бы настоящее имя, как у всех драконов.
– Я могу сама говорить за себя! – произнесла оранжево-зелёная по-драконьи, обернувшись и глянув малышу прямо в глаза.
Глава 17
Луния затаила дыхание. Несколько мгновений в зале царила удивлённая тишина.
– Нет, не можешь! – сердито буркнул Змей по-человечески.
– Ещё чего! – фыркнула Ящерка. – Я уже пять тысяч лет варюсь в этой истории – скучища. Терпеть её не могу, и тебя тоже!
– Ну, как ты хорошо знаешь, это чувство взаимно, – пробурчал он.
– Ничего подобного, потому что ошибка – твоих рук дело, а значит, у меня больше оснований для неприязни.
Взгляд Лунии привлекло какое-то движение, и она поняла, что лианы под троном стремительно растут, обвивая его основание и карабкаясь вверх.
– Так и должно быть? – поинтересовалась она вслух. – Неужели они растут так быстро?
– В том-то и дело! – язвительно бросила Ящерка, продолжая сверлить учёного злобным взглядом. – Дрянной сорняк.
– Как, ты меня слышишь? – удивилась Луния. – Значит, теперь всё на самом деле, не в видении?
Оранжево-зелёная дракониха раздражённо закатила глаза и шагнула к Икару, таща за собой человечка.
– Вы получили наши воспоминания, теперь делитесь своими! – Она протянула лапу и постучала малыша когтем по лбу.
– Ну… – замялся дракончик, – а если я не хочу? Да и вообще не умею.
– Достаточно согласиться, – нетерпеливо бросила она. – Я прошу, ты отвечаешь «да», и мы всё увидим. Давай, открой память!
– Нет!
Она сердито нахмурилась.
– Ты делаешь ошибку.
– Почему он должен делиться воспоминаниями? – вмешалась Луния.
"– Потому что я так хочу! – взвилась Ящерка. – Я самое несчастное существо на свете! Жила, умерла, а теперь должна жить вот этой вот полужизнью, навеки связанная с отвратительным человечком и мерзкой лианой. Вот почему! Мне должны давать всё, что я захочу!
Крошка Икар изумлённо вытаращил глаза. Луния снова бросила взгляд на трон, уже наполовину увитый зелёными плетями.
– Почему так вышло? – спросила она.
