В глубоких снах читатель погружается в тенистые аллеи замка Эссендорф, где пламя надежды ярко прогорает между каменных башен и старыми деревьями. Героиня, в поисках истинной семьи, откроет самые таинственные уголки этого места, открывая глубокую суть своего пути к самоузнанию....
Им так нужна помощь, а она ничегошеньки не может предпринять. Если думать ещё и об их судьбе, туман уныния в самом деле превратится в кокон – и какая от этого будет польза?
А в придачу ещё и проклятая невидимость! Когда не взглянешь ни на себя, ни на других, начинает казаться, что вообще не существуешь, кроме как в воображении, – ни ты, ни весь остальной мир. Ещё немного, и растворишься в тучах, и никто не заметит и никогда не вспомнит о тебе.
Нет, Мечехвост бы заметил и не забыл. Его надо спасти, а значит, исчезать нельзя!
Помощи ждёт всё родное племя.
Холодно, мокро… но раз она это чувствует, значит, ещё жива! Она встряхнулась и расправила плечи. А невидимой легче добыть пищу и не попасться патрулям ядожалов, которые то и дело парят в небе.
Да, почти одни ядожалы. Луния боялась встретить на Пантале целую армию шелкопрядов, управляемых Осой, но их оказалось не так уж много. Должно быть, большинство ещё заперты в ульях, пока королева не накопит достаточно Дыхания зла.
Полететь к ним в улей Цикады и попробовать освободить? Всё равно первоначальный план, похоже, терпит неудачу. Только как их спасти? Пользоваться огненным шёлком как оружием надо ещё научиться, и потом, прогнать Осу из их разума он не поможет.
– Тяжело так долго быть невидимой, правда? – печально заговорила Сверчок. – Когда вокруг тишина, становится так одиноко, как будто я призрак совсем без тела.
– Ну, может быть… иногда, – неохотно буркнула Луния, но потом любопытство всё же взяло верх. – Ты что делаешь, когда так чувствуешь?
– Тебя ищу, – хмыкнула Сверчок. – С Небом и Ласточкой поговорить тоже помогает, ну или с Жабом… но ты какая-то более настоящая, что ли. Наверное, потому что мы обе с Панталы.
– Хм… – задумалась Луния.
Отвечать не хотелось. Без ненавистной жёлто-чёрной чешуи голос ядожалихи раздражал меньше, но и не радовал.
– Иногда ещё помогает, – продолжала Сверчок, – закрыть глаза и сосредоточиться на своих ощущениях: мокрого песка под лапами, влажного морского ветра. Всё это есть, значит, и я тоже пока в своём драконьем теле, верно?
Луния тяжело вздохнула. Попробовать, что ли? Зажмурилась… Вот её чешуя, вот лапы…
– Вроде бы помогает, – кивнула она. – В конце концов, будь я призрак, нашла бы себе местечко получше, чем промозглая пещера с плесенью.
