Автор
Некий гнетущий страх наводнил пространство вокруг нас. Лицо Жени стало как камень, его взгляд потемнел, и губы избороздили судорогой желчи. Он держал мою руку, словно захвативший пленника, сжимая так крепко, что даже боль пропускала сквозь ладони.
Несколько дней назад девушка отпросилась на больничный, и до сих пор не сообщала о дальнейших планах.
– На больничный?.. – переспросил я, вспомнив, что в тот день, когда мне сорвало чеку, Марина ушла прямо со смены.
– Да, по ее словам непременно требовался больничный. – Зализанный странно усмехнулся и добавил: – И это месяц здесь не проработав…
Его язвительный тон мгновенно спровоцировал вспышку гнева.
– И что? – резко спросил я. – По твоему люди болеют по определенным дням?!
– Нет, но… я имел в виду, что девушка и так здесь на сомнительном счету…
– Слушай-ка сюда, Анатолий, – бесцеремонно перебил я, начиная угрожающе на него наступать.
Разведя руки в стороны, он нелепо проблеял:
– Я лишь хотел сказать…
– Я знаю, что ты хотел! И знаю, что ты делал, чтобы вышвырнуть девчонку! – Шагнув к нему вплотную, я угрожающе отчеканил: – Держись от нее подальше! Иначе…
– Женя! – вдруг раздалось громкое и требовательное сверху.
Поджав губы, я отстранился от перекошенной физиономии управляющего и оглянулся на отца. Он стоял на лестнице, с осуждением хмуря темные брови с проседью.
– Доброе утро, пап! – поздоровался я, как ни в чем не бывало.
Однако папа не повелся на мой тон.
– Что происходит?
– Ничего, – беззаботно ответил я, пожав плечами. – Просто разговариваем.
Он оценил недоверчивым взглядом Анатолия, которого я фамильярно хлопнул по плечу и сдержанно велел:
– Пойдем-ка отойдем в мой кабинет.
Отец продолжил спускаться по лестнице, не давая мне шанса возразить. Я нехотя поплелся за ним, не забыв напоследок наградить управляющего ледяным взглядом.
Девочки! Теперь после каждой проды, буду стараться добавлять вот такие визуализации:)
31
Папа дождался пока я первым зайду в кабинет и закрыл дверь. Скрестив руки на груди, я проследил, как он прошел к массивному рабочему столу из красного дерева, заранее настроившись выслушать нотации.
– Присядь, – предложил отец располагающим тоном.
– Да нет. Я, пожалуй, постою.
Он глянул на меня из-под бровей и дернул уголком полных губ.
– Ну ладно...
Наклонившись, папа открыл ящик в столе и достал оттуда стопку каких-то бумаг.
– Что это? – хмуро поинтересовался я, когда он положил их на противоположный край столешницы.
– Взгляни.
Приблизившись, я принялся сдвигать листы с тестами, докладами и экзаменационными листами. Везде были проставлены оценки или зачеты.
