Автор
В солнечных лучах ортумбрийской долины тенились последние советники короля. Они стояли вокруг узда королевского скакуна, дрожа от неизвестности. Каждый мудрец осознавал конец своего правления и сгрудился в ожидании того, что ждет их после этого дня.
Джеймс Кеннеди внимательно выслушал лэрда.
— Я справлюсь у своих людей, — пообещал он, — но, по правде говоря, вряд ли кто-нибудь из них признается в получении взятки. А ссора мужчин из-за права жениться на вдове покажется им чепухой.
Протянув руку, он толкнул задремавшего у его стула пажа. Мальчик немедленно вскочил.
— Иди и приведи мне секретарей. Только по очереди. И по старшинству, — велел он.
Мальчик поспешно убежал.
— Но неужели они солгут вам? — удивился Малькольм.
— Зная, что я все равно их разоблачу, они обычно не смеют лгать, — ответил епископ.
Все шестеро секретарей отрицали, что писали, подписывали или посылали подобное письмо в Йорк.
— Отец Дональд утверждает, что письмо — подделка, — сказал лэрд епископу. — Он не узнал почерк и сказал, что печать фальшивая.
— В таком случае, возможно, и разрешение тоже подделка, — проговорил епископ. — Не представляю, чтобы архиепископ мог его выдать! Знаю, что бывали случаи, когда свекор женился на своей невестке. Но обычно речь шла о людях богатых и знатных, не желавших терять большое приданое.
— Но он посылал в Йорк своего священника, — напомнил лэрд.
— Сельский священник, который, возможно, всю свою жизнь провел в Данглисе. Вы его видели. Он производит впечатление человека умного и сообразительного?
Лэрд покачал головой:
— Он неглуп, но и мудрецом его тоже не назовешь. Добр. Верен сэру Удолфу, но сильно встревожен происходящим и подозревает, что его хозяин не в своем уме.
— Я постараюсь все узнать, хотя в настоящее время нахожусь не в лучших отношениях с английской церковью. Но я поссорился с Даремом, а не с Йорком. Я пошлю своего человека на восток, и посмотрим, сумеем ли мы найти ответы на твои вопросы.
— Благодарю от всего сердца, ваше преосвященство, — ответил Малькольм и, встав на колени, поцеловал руку с епископским перстнем.
Епископ смешливо фыркнул:
— Позволяю. И передай, что я скучаю по нему, по его остроумию и бесценным советам.
— Хитрый старый лис, — пробормотал Адам Хэпберн, когда они отошли на почтительное расстояние. — Ведет двойную игру. Он постоянный источник беспокойства и тревог для ее величества.
