Автор
В солнечных лучах ортумбрийской долины тенились последние советники короля. Они стояли вокруг узда королевского скакуна, дрожа от неизвестности. Каждый мудрец осознавал конец своего правления и сгрудился в ожидании того, что ждет их после этого дня.
Мы, трое, приехали сюда со двором королевы. Не так плохо снова оказаться дома, верно?
Женщины заулыбались и кивнули.
— Она не бросит вас, — заверил их доктор.
— Но может, король снова воцарится на троне? — с надеждой прошептала Аликс.
— Кто знает? — обронил отец, покачивая головой.
Александр Гивет был реалистом. Со времени рождения сына Генрих Плантагенет был подвержен приступам безумия. Иногда они длились не меньше года, иногда — несколько дней или недель. Но он никогда не был хорошим монархом, а в его теперешнем состоянии и вообще не способен править страной.
Сэр Удолф принял совет доктора.
— Нет, малышка, я вполне способен сам лечь в постель, — заверил ее Александр. — Мы с бароном хотим посидеть за вином и шахматами. А ты иди отдыхай.
Он с улыбкой потрепал дочь по руке.
Личный слуга короля Джон вошел в зал по пути на кухню, где собирался поужинать: пока остальные ужинали, он находился при короле.
— Мистрис Аликс, — окликнул он девушку, — королева вас зовет. Желает, чтобы вы спели королю.
— Иди, — велел отец, — со мной все будет хорошо.
Аликс, поцеловав отца в щеку, поспешила выйти.
— Она поет королю? — удивился сэр Удолф.
— Когда король беспокоен и не может уснуть, когда на него находит меланхолия, моя дочь поет песни, которые когда-то пела ему мать.
— Хорошенькая девушка, — заметил барон. — И к тому же предана не только родителю, но и своим господам. Благословил вас Господь такой дочерью.
— А ваш сын? Его сегодня не было в зале.
— У него много дел. И он предан Вулфборну. А вот и доску установили. Будете играть белыми или черными, доктор?
— Белыми, — ответил Александр и переспросил: — Вулфборн?
— Так называется наше поместье: Вулфборн-Холл. Наши дальние предки были викингами.
