В Плененном принце мир тонкого равновесия нарушается. Природа обыденности встает под ударами политической суматохи, и герой Эрasmus оказывается центром ожесточенного баланса между королевской властью и древним кланом феодалов. Утрищевой сюжет разворачивается в закрытых готических замках и загадочных пустошах, создавая интригующую атмосферу изнурительных игр веры и власти....
– Инстинкт самосохранения у тебя не слишком развит, да, кроха-питомец? – съязвил Лоран. – Зря ты нажаловался моему дяде.
– Потому что вы получили по рукам? – поинтересовался Дэймен.
– Потому что это разозлит стражей, которых ты так старательно обхаживал, – ответил Лоран. – Они не жалуют тех, кто ставит личные интересы превыше верности.
Ожидая лобовой атаки, Дэймен оказался не готов к коварному удару с фланга. Стиснув зубы, он оглядел Лорана с ног до головы.
– Ваш дядя недосягаем, вот вы и срываетесь на ком получится.
– Ах ты, бедный глупый баран, – вздохнул Лоран. – С чего ты взял, что я пришел сюда ради тебя?
Дэймен моргнул.
– С другой стороны, – продолжал Лоран, – кое для чего ты мне, может, и пригодишься. – Он единожды намотал тонкую цепь на запястье и, резко дернув, порвал. Обрывки соскользнули у него с руки и, покачиваясь, повисли. Лоран отступил на шаг, а Дэймен в замешательстве уставился на порванную цепь.
– Ваше высочество! – позвал кто-то.
– Советник Ирод, – отозвался Лоран.
– Спасибо, что согласились со мной встретиться, – начал Ирод, потом заметил Дэймена и замялся. – Простите, я… думал, что вы придете один.
– Простить вас? – повторил Лоран.
После слов Лорана возникла пауза, изменившая их суть.
– Я… – начал Ирод, взглянул на Дэймена, и в глазах у него появилась тревога. – Разве это безопасно? Он порвал цепь. Стража!
С пронзительным скрежетом из ножен вытащили меч. Два меча. В беседку ворвались стражи и встали между Иродом и Дэйменом.
– В вашей правоте я убедился, – проговорил Ирод, с опаской глядя на Дэймена. – Прежде я не видел бунтарской сущности раба. На ринге казалось, что он вам подчиняется. Да и рабы, подаренные вашему дяде, – воплощение покорности. Сами увидите, если придете на сегодняшние развлечения.
– Я видел их, – сказал Лоран. Снова повисла тишина.
– Вам известно, как близок я был с вашим отцом, – продолжал Ирод. – С тех пор как он погиб, я преданно служу вашему дяде. Однако меня беспокоит, что в этом случае непоколебимая преданность могла привести к ошибочному суждению…"
"– Если вы беспокоитесь, что через десять месяцев я вспомню, как несправедливо со мной обошлись, то, право, не стоит, – заверил Лоран.
– Не желаете ли прогуляться по саду? – предложил Ирод. – Ваш раб может воспользоваться скамьей, дабы не тревожить свои раны.
– Чудесная мысль, советник, – сказал Лоран.
