Автор
В темной комнате только визг танцевальной музыки и страстное движение тел. Кожа обжигает от энергии взаимного желания, словно проникает в саму душу. Ум при этом отключается, оставляя простым лишь чувственное удовольствие.
И действительно дверь закрывают, оставляя меня в одну. Неужели меня ждёт первая свободная ночь?
Глава 30. Тиса
Я уснуть не успеваю, как меня из сна резко вырывает. Сажусь, в одеяло кутаясь. В доме тишина, за окном темнота сплошная. Непонятно что сон спугнуло, от чего сердце замерло. Ни шума, ни кошмаров.
Кручусь, пока не понимаю, что пить хочу. С трудом заставляю себя подняться, на кухню спуститься. Кажется, что ещё с поездки газировка оставалась.
В коридор узкий выхожу, только сразу препятствие встречаю. Неожиданное, тяжелое. На пол валюсь, матерясь. Локоть саднит жутко, а в темноте всё расплывается. Пока яркий свет не ослепляет.
— Какого хера? — на мужчин смотрю, на полу умостившихся. — У вас комнаты, блять, нет?
— Ушиблась, киса?
— Я сейчас тебя ушибу.
Подтягиваю одеяло, понимая, что грудь оголила. И мужчины туда норовят смотреть, ни капли стыда не испытывая. Не объясняя, с чего под моей дверью развалились.
— Ты злая, лапочка, когда сонная.
— Я злая, Илюш, когда собой пол протираю. Что вы тут делаете?
— Тебя охраняем.
— Вы бухали, да? — лицо растираю, чтобы мозги работать начали. Обрабатывать ту информацию странную, что мужчины выдают. — Вы не можете без представлений хоть одну ночь провести? Мы же договорились, что я одна ночую.
— Фактически, лапочка, мы договаривались только об отдельной комнате. Про сон ничего не было. Мы с Михой пытались прийти к общему решению, кто к тебе пойдёт.
— Не могли в другом месте это делать?
С обидой выдаю, потирая обожжённый о ковер локоть. Очередную игру закрутили, херней страдая. Как дети малые, тягающие канат в разные стороны. Уцепились и уступить не могут.
Миха руку подаёт, встать помогая. Только ни шагу сделать не могу, когда он на руки подхватывает. Уверенно в сторону кухни шагая, словно каждый раз рейс подобный выполняет. А Князь лишнего слова не говорит, двери перед нами открывая.
— Давай свою травму, лечить будем.
— Мне не пять лет, Мих, чтобы зеленкой мазать.
— Будь тебя пять, мы бы не лезли.
Они словно выспались, и теперь с новым запасом сил меня окучивают. А у меня ещё резерв не пополнился, чтобы словесно отбивать все нападки. Вытягиваю руку, позволяя Князю приложит ватку к ране. Перекись шипит, и я тоже. Дёргаюсь, но мужчина крепко держит.
А после дует слегка, губами прикасаясь. Мелочное действие, но мурашками по телу отзывается. На столе сижу, ногами болтая, и ощущение, что в Зазеркалье попала. Словно ночью всё по-другому кажется, чем в жизни реальной.
