Автор
Жизнь суетливая и беззаботная, полная сладких мечтаний, меня ожидает череда необъяснимых событий. Я — лишь камень в луну, скрепляющий бесконечные загадки, которые заставят читателя задуматься над своим жизненным путем. История моя так же обыденна и знакома, как ритмы дня и ночи, но при этом она — лишь каплей в огромном океане невероятных событий....
Я сняла его с огня и перелила вино в изящный, тонкой работы кувшин с узким вытянутым горлышком. На гладких стенках кувшина, покрытых искусной чеканкой, плясало искаженное до неузнаваемости отражение склонившейся над ним светловолосой невольницы с увешанным колокольчиками металлическим ошейником на шее.
Подогретое вино уже успело подарить часть своего тепла тонкостенному кувшину. Прикосновение к нему щекой подтвердило, что вино не перегрелось.
– Готово? – спросил Раск.
Моего повелителя не интересовало, что мне известно о его вкусах; он желал услышать только утвердительный ответ.
– Да, хозяин, – прошептала я.
Я не знала, какой температуры вино он предпочитает. Некоторым воинам нравилось вино, обжигающее горло, другие пили его слегка подогретым. Попробуй тут угадай! А если не угадаешь…
– Налей, – приказал Раск.
Я поспешно подхватила тонкостенный кувшин, вскочила на ноги и, сопровождаемая мелодичным перезвоном колокольчиков, подбежала к своему хозяину. Опустившись перед ним на колени и низко склонив голову в позе рабыни для наслаждений, я осторожно наполнила вином большой золоченый кубок.
– Позвольте, хозяин, предложить вам вина, – пробормотала я обязательную в данном случае фразу.
Он взял кубок, и я замерла от страха, не зная, что меня ожидает. Он коснулся губами края кубка, сделал маленький глоток, и на лице у него заиграла удовлетворенная улыбка. У меня будто гора свалилась с плеч: меня не ждало наказание за ошибку.
Я продолжала оставаться на коленях, пока он не торопясь, с наслаждением потягивал вино.
Когда в его кубке оставалось несколько глотков, он знаком приказал мне подойти поближе. Я опустилась на колени рядом с ним. Он взял меня рукой за волосы и запрокинул мне голову назад.
– Открой рот, – приказал он."
"Я разжала плотно сомкнутые губы, и он стал поить меня вином из собственных рук. Я чувствовала, как оно течет мне по щекам, стекает по подбородку, капает на ошейник и на грудь. Вино было приятно теплым, хотя последние его капли, со дна кубка, показались мне обжигающими.
Раск вложил мне в руки опустевший кубок.
– Отнеси его, Эли-нор, и возвращайся ко мне, – приказал он.
Я вскочила на ноги, отнесла кувшин туда, где в шатре складывалась пустая посуда, и снова вернулась к моему хозяину.
Перед глазами у меня все поплыло.
