Автор
Серая тьма Боли окутывала Чаризу. Воспоминания обрушиваются на нее: зловещий голос, холодная каменная клетка. Затем она вспоминает, как вломили ее и забрали в плен. Но почему она здесь? Уинчестер, февраль 1821 года — все это кажется вымыслом, но боль — она реальна. Чариза чувствует себя дрожащей и молящейся за каждый кусочек свежей жизни перед ненавистным заключением....
— Кто вы?
Он впился в нее своими черными глазами, усевшись на сиденье напротив, спиной к лошадям, как и пристало джентльмену.
Чариз куталась в пальто. Перед рассветом стало еще холоднее.
— Я первая спросила.
— Меня зовут Гидеон Тревитик. Я родом из Пенрина, графство Корнуолл.
— Поместье Пенрин чем-то знаменито?
Он снова усмехнулся:
— Нет. Я ответил на два ваших вопроса. Теперь ваша очередь отвечать.
Чариз натянулась как струна. Удивительно, почему он не задал ей этот вопрос раньше.
— Я устала.
Чариз не обманывала его, хотя благодаря хорошей еде и умелой заботе Акаша чувствовала себя теперь гораздо лучше.
— До Портсмута еще далеко. Неужели вы не могли бы подождать со сном пару минут, чтобы развлечь своего попутчика?
Чариз вздохнула. Она презирала себя за обман. Но у нее не было выбора. Если она расскажет ему правду, он передаст ее в руки правосудия в первом же населенном пункте.
— Я уже назвала вам свое имя и сказала, где живу. Рассказала о несчастье, случившемся со мной сегодня.
Она знала, что ведет себя как капризный ребенок, но она так не любила лгать.
В неверном свете фонаря лицо его было как маска. Она понятия не имела, верил ли он ей или нет. Он помолчал, словно обдумывая ее ответ, отделяя в нем правду от лжи, затем заговорил с почти торжественной серьезностью:
— Я должен знать, почему вы так напуганы.
— Разбойники…
Он небрежно махнул рукой.
— Если бы вас действительно ограбили, вы не стали бы прятаться на конюшне. Вы не хотите мне довериться, Сара?
Его тихая просьба нашла отклик в самой глубине ее сердца. Внутри у нее все сжалось, и в этот миг она едва не сказала ему правду. Но тут вспомнила, что поставлено на карту.
— Я… я доверяю вам, — хрипло проговорила она и судорожно сглотнула.
То, что он назвал ее по имени, создало между ними атмосферу близости.
Гидеон откинулся на сиденье.
— Я не могу помочь вам, не зная, от какой беды вы бежите.
— Вы уже помогаете мне.
Чариз сморгнула выступившие на глаза слезы.
Чариз пыталась уговорить себя, что поступает правильно. Гидеон — мужчина, а следовательно, она не могла ему доверять. Но уговоры не помогали. Отец ее был хорошим человеком. И все говорило в пользу того, что сэр Гидеон Тревитик тоже хороший человек.
Чариз взяла себя в руки. Голос ее звучал тверже, когда она сказала:
— Теперь моя очередь задавать вопросы.
