Автор
Серая тьма Боли окутывала Чаризу. Воспоминания обрушиваются на нее: зловещий голос, холодная каменная клетка. Затем она вспоминает, как вломили ее и забрали в плен. Но почему она здесь? Уинчестер, февраль 1821 года — все это кажется вымыслом, но боль — она реальна. Чариза чувствует себя дрожащей и молящейся за каждый кусочек свежей жизни перед ненавистным заключением....
Она не знала, почему незнакомец помог ей остаться необнаруженной, но сейчас это было не важно.
Он смотрел на нее, озабоченно нахмурившись:
— Вы не можете оставаться здесь. В гостинице полно людей. Вам еще повезло, что вас до сих пор никто не потревожил.
— Я не… — неуверенно начала Чариз.
Несмотря на то что этот мужчина не делал никаких попыток вытащить ее из стойла, она продолжала прижиматься спиной к деревянной перегородке.
Незнакомец сделал шаг в сторону, дав ей понять, что она не должна его бояться.
Она колебалась.
Незнакомец прав. Вряд ли ей удастся пройти незамеченной через гостиничный двор. Она находилась слишком близко от дома, и кто-то мог ее узнать.
Словно прочитав ее мысли, незнакомец изменил тактику. Взгляд его больше не был настороженным.
— Меня зовут Гидеон.
Чариз, прихрамывая, вышла из стойла в проход. Стоило этому человеку, Гидеону, сделать хоть одно движение, и она обратилась бы в бегство, но он стоял в расслабленной, начисто лишенной агрессии позе, и Чариз сдалась.
Ребра болели.
— Вы избиты.
Глаза незнакомца потемнели от гнева, когда он окинул Чариз взглядом.
Чариз представляла себе, какой у нее растерзанный, жалкий вид. Инстинктивно она схватилась правой рукой за разорванные края лифа, прикрыв грудь. Ее сводный брат Хьюберт порвал его, когда швырнул ее на пол. И теперь из-под платья проглядывала кружевная сорочка.
Ее платье было порвано и совершенно не спасало от холода. Руки под короткими пышными рукавами были покрыты синяками и ссадинами. Волосы были растрепаны. Почти все шпильки вылетели, когда она продиралась сквозь живую изгородь, окружавшую Хоулком-Холл.
Еще до того как Гидеон стал бы задавать ей вопросы или демонстрировать свою жалость к ней, Чариз поспешила выложить ему ту версию произошедшего с ней, которую успела Придумать заранее.
— Я ехала к своей тетушке в Портсмут, когда… когда на меня напали разбойники.
Будь неладна эта многозначительная заминка. Чариз не умела лгать. Он ни за что ей не поверит.
Чариз ждала, затаив дыхание. Сейчас он скажет, что она обманщица, что наверняка от кого-то сбежала. Но Гидеон отряхнул свое тяжелое пальто, шагнул к ней и накинул его на ее дрожащие плечи.
— Вот, — сказал он и вновь отступил.
Чариз стало теплее.
— С… спасибо, — пробормотала она.
Доброта незнакомца тронула Чариз до глубины души.
