Автор
Много лет назад, вдали от родной деревни, молодой юноша стал невольным пленником корабельных разбойников. Его досада и гнев заставили его противиться унизительной жизни на пропавшем судне, где каждое слово имело цену отцовского одобрения. В этой бездейственной жизни сияние солнца было самым значимым событием в деньгии дней....
– Облегченно вздохнув, Марибель избавилась от нескольких слоев нижних юбок, а потом, почувствовав, насколько ей стало лучше, сняла последнюю и осталась в шелковой сорочке, на которую надела платье. – Это самое простое из моих платьев, но оно все равно слишком дорогое для этого острова. Анна, как ты думаешь, можно ли купить здесь что-нибудь более простое? К порту мне приближаться запрещено, но я думаю, там должны быть какие-нибудь торговцы.
– Уверена, что они здесь есть, хотя у них нет своих магазинов, а только небольшой прилавок или окно в собственном доме.
– Спасибо. Я дам тебе несколько золотых монет. Не знаю, сколько тебе понадобится.
– За один золотой можно купить два вполне подходящих платья, – ответила Анна. – И не стоит давать мне больше, потому что меня могут ограбить.
– Тебе не слишком опасно идти к этим торговцам?
– Я не пойду одна. Попрошу Хиггинса, и он сходит со мной.
Марибель задумчиво посмотрела на нее:
– Он сделал тебе предложение… попросил выйти за него замуж?
– Мы решили, что не будем венчаться в церкви, но, когда Хиггинс построит для нас дом, мы станем жить там вместе.
– А когда корабль поплывет в Англию… ты поедешь со мной?
– Мы говорили об этом, – ответила Анна. – Я буду присматривать за вами во время путешествия.
Но как только вы доберетесь до Англии, я вас оставлю и вернусь с Хиггинсом на остров. Он говорит, что, когда закончит плавать, мы заведем собственную факторию.
Марибель почувствовала укол сожаления.
– Я буду скучать без тебя, Анна. Ты была очень добра ко мне.
– А вы всегда были справедливой и великодушной хозяйкой. В Англии вы найдете себе других слуг, возможно, гораздо лучше, чем я.
– Нет, лучше тебя им никогда не стать.
– Ладно, впереди еще несколько недель, прежде чем мы расстанемся. Хиггинс еще не построил свой дом, так что пока я буду жить здесь с вами.
– Да… – Марибель отвернулась, чтобы навести порядок в своих вещах. На дубовом сундуке, который служил ей комодом для одежды, она аккуратно разложила свои расчески, серебряные заколки, флакончики с духами и маленькое ручное зеркало. Ее глаза наполнились слезами. Она чувствовала себя очень одинокой.
