Машинально она отдернула руку, словно томик обжег ей пальцы.
– Что вам нужно, девушка? Если вы торгуете пирожками или апельсинами, надо было заходить с черного хода.
– Нет, ничего я не продаю. – Никогда еще Полина так не стеснялась своего выговора, и новое платье не могло ввести в заблуждение: в ней сразу признали простолюдинку. – Хотелось только взглянуть на книги.
Хозяин скептически хмыкнул:
– Если вас интересуют бульварные романы, чуть дальше по улице есть лавка, а я не разрешаю кому попало трогать мои книги.
– Я компаньонка герцогини Халфорд. Она ждет меня на улице.
– Вот уж сказанула! Ты бы еще придумала, что служишь фрейлиной у царицы Савской. Убирайся-ка отсюда подобру-поздорову, пока я не погнал тебя прочь поганой метлой. Таким тут не место.
Полина оцепенела, дышать стало трудно, и с болезненной остротой она вспомнила свой стыд и свою боль, книгу, что вырвали из рук, хлесткий удар по лицу и злой, издевательский голос: «Не твоего ума это дело, девчонка!»
Как бы ни хотелось ответить обидчику, сказать ей нечего. Денег у нее нет, как нет и доказательств, что она не та, за кого ее приняли. С каким бы удовольствием она швырнула в него книгой, но если владельца магазина ей было совсем не жаль, то книгу губить не хотелось, поэтому она лишь молча развернулась и с горящими от стыда щеками пошла прочь.
«Придет день, – глотая слезы, сказала себе Полина, – и у меня будет собственная библиотека, где я смогу находиться столько, сколько захочу, даже ночевать. И мы с Дани будем рады всем, кто к нам заглянет, и никому не станем указывать на дверь».
Нагруженная покупками карета Халфордов теперь напоминала четырехслойный пирог, и герцогиня из окна уже махала ей рукой:
– Быстрее, нам пора ехать!
Полина не заставила себя ждать. С каким бы неприятным осадком ни покинула она книжную лавку, кое-что полезное все же успела для себя прояснить. Судя по ценам, выведенным мелом на грифельной доске, тысячи фунтов хватит на приобретение немалого количества книг.
Пора оставить всякие бесплодные мысли о поцелуях, трепете и страдающем бессонницей герцоге. Ее наняли с единственной целью: выставить себя полной безнадегой, и она не имела права провалить задание.
Полина и представить не могла, что одна женщина может носить аж четыре нижние юбки одновременно. Уставившись на свое отражение в зеркале, девушка поймала себя на мысли, что не она будет носить эти юбки, а скорее эти юбки понесут ее. Интересно, а как проходить в дверь? Полина ощущала себя этаким океанским лайнером.
