Ванесса перехватила взгляд дона, который наблюдал за тем, как она ест десерт. Он неожиданно улыбнулся, и она подумала, что в нем, как в вишнях, которые она перекатывала на языке, сочетались жар и холод.
— Ваше белое платье очаровательно, мисс Кэррол, — саркастически блеснул он глазами. — Надеюсь, что вы выполнили мою просьбу и обзавелись нарядами на все случаи. Скоро мы будем праздновать сбор винограда, и в замок съедутся гости. Я собираюсь познакомить вас с дамами, которые весьма дотошно подмечают в туалетах друг друга любые изъяны. Такая у них, видите ли, манера: испанки очень женственны и склонны к тщеславию, и одно из их излюбленных занятий — забота о своей внешности и интерес к внешности других женщин.
Он поигрывал длинной ножкой своего бокала:
— Вы выбрали для себя вечерние платья, сеньорита?
Всякий раз, когда он обращался к ней по-испански, она замечала, что инстинктивно стремится ответить в том же духе:
— Да, сеньор. Я действительно очень признательна вам за ваше великодушие, но…
— Когда-нибудь я должен буду предоставить вам возможность вознаградить меня за это, — насмешливо закончил он за нее. — Ну, что же! Вы будете должны мне за эти несколько платьев, работу и крышу над головой. Счет получится нешуточный, но я обещаю в один прекрасный день представить его вам.
Его улыбка, сопровождавшая эти слова, показалась ей странной, будто он насмехался над ней и в то же время испытывал сильнейшее раздражение. Он откинулся на спинку стула и легким кивком приветствовал элегантную темноволосую сеньору, сидевшую за одним из соседних столиков. Она сверкнула улыбкой женственной испанки, и Ванесса, бросив на дона взгляд из-под ресниц, поразилась выражению его глаз, которое можно было определить как жадное нетерпение.
Красивая, привлекательная, знающая толк в мужчинах сеньора, по-видимому, чем-то напомнила ему Лусию Монтес. Наверное, прошлой ночью он держал ее в объятиях и торопливо шептал, что она должна поскорее вернуться в замок. Сказал ли он уже, что собирается поселить ее там для того, чтобы она принадлежала ему всецело? Как он сказал ей об этом: с помощью слов или, чтобы выразить свое намерение, достаточно было поцелуев?
Ванесса промокнула салфеткой рот и взглянула на дона. Его жесткий рот выражал всю противоречивость натуры. Губы говорили о том, что он может быть страстным любовником и нередко излишне своеволен. Но в то же время женщина сумеет одержать над ним верх, если ей известно, как справиться с этой щекотливой задачей.
