Дрожащие пальцы разворачивали проклятое письмо перед сгорбившейся матерью, глаза впиваются в каждое слово. Отец шепотом требовал прекратить издевательства, его голос дрожал от слабости и страха. Власть надежды взвешивалась на волоске между мстой и милосердием.
Его седые, с редкими остатками черноты волосы были зачёсаны назад. Серые глаза казались почти прозрачными, непроницаемыми - я часто не могла понять, что за ними таится. Помню, как при первой встрече он показался мне почти добрым. Ещё одна ошибка.
- Как тебе тут, нравится? - спросил этот… ублюдок и не думая притворяться, что нас связывают лишь формальные отношения. - Приживаешься? Куда идёшь - может, надумала соблазнять короля?
Рука дёрнулась прочь сама - но хватка оказалась железной. Я впилась зубами в язык, чтобы с того не слетела пара проклятий.
"- Можно сказать и так, лорд Шардис, - отвечала ровно, - ведь показать свои достоинства королю теперь моя прямая задача. Хотя, пожалуй, стоит быть осторожной, чтобы он не счёл меня навязчивой.
Кажется, советник немного другого ждал в ответ.
Неужели он думал, что я покраснею как маков цвет или начну умолять оставить меня в покое? Иногда правда, особенно общеизвестная и неинтересная - лучший щит от тех, кто пытается запустить когти тебе в душу.
- Неплохо держишься, - тихо усмехнулся Шардис. - Почти спрятала свои шипы? Так и продолжай. Надеюсь, ты не думаешь выказать неуважение его величеству и быстро отсюда исчезнуть. Будь с ним любезна, Лорин, очаровывай его изо всех сил. Потому что если вдруг он не сочтёт тебя достойной… как думаешь, какая участь хуже всего? Стать женой конюха?
- Ни в коем случае, лорд Шардис.
- Строптивая кукла, - выдохнул советник. - Худшее место - это в руках какого-нибудь ублюдка, Лорин. Среди подчиннённых его величества есть… не самые чистоплотные. С извращёнными вкусами. Вроде его палача, Хартейна. Слышала о таком?
Проблема в том, что мне всё сложнее было сдерживать себя.
- Нет, не имела чести. Просвятите меня?
- Я покажусь тебе подарком рядом с ним. - Шардис сделал паузу, прожигая меня взглядом. И прошептал: - Старайся. Борись. Нас ждёт много прекрасных дней впереди. А когда тебе надоест - можешь приползти ко мне на коленях и умолять спасти. И, возможно, я соглашусь тебя взять. Иначе рано или поздно ты окажешься у худшего из мужчин Элии. Так что… у тебя есть время подумать.
Вот так. Мой щит рухнул, разбился как тончайшее стекло.
