Автор
В заброшенном парке-памятнике где играют тачки и царевы — злые духи местных богатых семей. Даниэль и Мелка держатся за секрет, но чем старше становится Даниэль, тем больше он начинает сомневаться в ценности этого узкого мира.
Случайно открываю страничку с детьми.
«Дина Юрьевна Царева». Дата рождения.
Через несколько дней…
И хочется опять попросить у Него, чтобы подарок случился. Но больше не прошу. Я должен организовать его сам.
Сгребаю все документы обратно в файл. Не прощаясь, ухожу.
Глава 50. Личный разговор
РафаэльЛовлю свое отражение в зеркале на стене в кабинете у зав отделением. Убитый, как никогда. И рубашка у меня мятая не меньше, чем лицо. Это потому что спал в машине, в аэропорту. Рейс сильно задержали.
На стол врачу я ставлю контейнер для перевозки лекарств.
Не знаю, держал ли я в руках что-то более ценное когда-нибудь для себя.
— Это на неделю. Потом будет еще одна партия.
— Отлично! Порадую Дину. Мы колем пока дженерики, но эффект очень слабый. Хотя остеобласты и хондробласты продуцируются. Но еще пока не в достаточном количестве, чтобы она могла безопасно двигаться. Хотите я передам ей от Вас привет?
— Нет, не нужно. Я ей сам… Татьяна Никифоровна, Вы только Дине не говорите, пожалуйста — кто… что… Это спонсирует олимпийский фонд.
Я не хочу, чтобы это давило на ее решения. Я хочу, чтобы на ее решения влияли совсем другие вещи.
— Хорошо. Конечно.
— Она все так же против посетителей?
— Увы. Боюсь, еще не отошла от шока.
— Я еще по сиделке хотел…
— Зоя Леонидовна сиделку наняла, можете не беспокоиться.
— Хорошо. А в какой палате Дина?
— В восьмой.
— Можно поговорить с сиделкой?
Забираю огромный букет.
Присаживаюсь на кушетку у восьмой.
Но между нами метра три. Чувствую, как натягивается все внутри. Сегодня у Дины день рождения.
Буквально еще три дня, и фонд бы, не выделил средства. Его целевая группа — дети. И Динка бы не попала под раздачу.
Повезло!
Я отдаю сиделке цветы и пакет с полезными сладостями. Дина не разбалована этим, надеюсь хоть немного порадуется.
— От кого? — уточняет сиделка.
Развожу руками, не зная что говорить.
— Просто… скажите, что друзья передали.
Она и так догадается.
Сажусь снова на кушетку."
"Мне одиноко за нас двоих. Только ей в принципе, а мне среди огромной толпы людей. Без нее.
Мне кажется, теперь таким незначительным все, что было ДО. Наши недопонимания, мои метания… На фоне того, что сейчас случилось, это какая-то детская история, а нас экспрессом выкинуло во взрослую.
И все это была такая ерунда!
Лишь бы только встала на ноги. А потом мы это обязательно все долечим…
Сегодня я хочу ей кое-что сказать.
