Автор
Генриетта Баррет, воспитанная в деревенском поместье, привыкла к свободе и независимости. Её спокойную жизнь нарушает приезд нового владельца — очаровательного лондонского повесы Уильяма Данфорда. Между ними вспыхивает острое противостояние, в котором любовь и ненависть идут рука об руку.
Он удивленно поднял бровь:
— А разве у тебя есть выбор?
— Если ты мечтаешь поскорее выдать меня замуж, то поступаешь опрометчиво, отпугивая моих поклонников.
— Биллингтона я не отпугнул, уж поверь мне. Завтра утром он явится к тебе с цветами в одной руке и конфетами в другой."
"Генри мечтательно улыбнулась, специально чтобы позлить его. Только когда они уже были в центре зала, она поняла, что оркестр играет вальс. Вальс все еще считался относительно смелым танцем, и дебютанткам разрешалось вальсировать только с позволения дам, опекающих их. Она упрямо остановилась.
— Я не могу, — сказала она, — я не получала разрешения.
— Каролина уладит это, — сухо ответил он.
— Ты уверен?
— Если ты сейчас же не начнешь танцевать со мной, я насильно обниму тебя. Представляешь, какая это будет сцена?
Генри с готовностью положила свою руку ему на плечо.
— Я совсем не понимаю тебя, Данфорд, — сказала она, когда он начал кружить ее по залу.
— Неужели? — спросил он мрачно.
Она внимательно посмотрела на него. Что бы это значило?
— Нет, — сказала она с достоинством, — не понимаю.
Он крепче обнял ее за талию, не в силах удержаться от этого соблазна. Последнее время он сам не понимал себя.
— Почему все смотрят на нас? — шепотом спросила Генри.
— Потому, моя дорогая, что сегодня ты — гвоздь программы. Открытие сезона. Не надо притворяться, что ты не понимаешь этого.
Она была возмущена тем, как он сказал это. Ее щеки вспыхнули
— Тебе следовало бы хоть немного порадоваться за меня. Я полагала, что цель этой поездки — добиться признания в свете. Теперь же, когда это произошло, ты почему-то разозлился на меня.
— Это, — возразил он, — так же далеко от правды, как и все остальное, что ты думаешь обо мне.
— Тогда почему… — Она замолчала, не решаясь спросить о том; отчего у нее было так неспокойно на сердце.
Данфорд, почувствовав, что разговор принимает опасный оборот, тут же попытался переменить тему.
— Биллингтон, — холодно отметил он, — считается завидным женихом.
— Таким же завидным, как и ты? — усмехнулась она.
— Еще более завидным. Только должен предупредить тебя: будь с ним очень осторожна. Он не какой-нибудь юнец, которого ты можешь обвести вокруг пальца.
— Поэтому-то он мне и понравился.
Он обнял ее за талию еще крепче.
— Если ты будешь дразнить его, то получишь то, чего добиваешься.
Ее серебристые глаза стали холодными.
— Я не дразнила его, и ты это знаешь.
Он пренебрежительно пожал плечами.
— Здесь уже говорят об этом.
— Это неправда.
