— Такой расклад мне по душе!
На несколько мгновений повисла тишина.
— Знаешь, теперь, когда ты произнесла это вслух, звучит как-то не в нашу пользу. — Погладив опоясывающую шею кружевную ленту, лимра повернулась ко мне. — Что будет, если они не примут твои условия и план провалится? У нас ведь весь расчёт строится на внезапность, а не на грубую силу. Стоит им только прийти в себя, проигнорировать твой ультиматум и сразу перейти в контратаку, и ты, мой милый братик, будешь вынужден бежать, поджав хвостик. Ты же ведь понимаешь, что в реальности у нас нет ресурсов, чтобы на равных противостоять Афилему? Да?
Не отводя взгляда от её тёмных глаз, я невольно улыбнулся.
— Сестрёнка, а не ты ли говорила, что обладатель боевой формы способен выстоять против целой армии?
Скайдэн состроила скептичную гримасску.
— Ага, говорила. Вот только я не обладаю боевой формой, а ты её ещё не… — девушка вдруг резко осеклась, а затем её брови взлетели от пронзившей голову догадки. — Погоди! Ты что же, открыл боевую форму?!
Я поднял бокал с глинтвейном.
— Готов принимать поздравления.
— Твою ж Лядь… Это после какого по счёту слияния?
— Охренеть, — она пораженно откинулась на спинку кресла. — После пятого… Уму непостижимо…
— Однако это именно так. — Я сделал глоток вина. — Так что, похоже, я побил рекорд твоего легендарного Храйгаса Хана.
Лимра как-то странно покосилась на меня.
— Да-а, видимо, так и есть…
— Что за “боевая форма”? — с нескрываемым интересом полюбопытствовала Шейди.
Ей, неожиданно, ответил необычайно задумчивый Хайзен:
— Особая способность лимраков, позволяющая им одновременно использовать сильные стороны всех когда-либо поглощенных ими существ.
— Мммм, — гомункуляторша выпятила нижнюю губу. — Звучит многообещающе.
Скайдэн серьёзно кивнула.
Я печально усмехнулся.
— Нда, есть такое. Однако можешь не переживать, — моя улыбка окончательно погасла, — если они не примут мои условия, то я уничтожу Афилем, и всех тех, кто рискнёт встать у меня на пути.
Некоторое время мы молча смотрели друг другу в глаза.
— Что ж, — Скайдэн поставила опустевший бокал на столик и поднялась со своего места, красивая и элегантная, с подтянутой корсетом грудью и с предвкушающей улыбкой на прекрасном лице, — с удовольствием на это посмотрю.
Стоя у окна спальни на втором этаже, я задумчиво рассматривал сковавшие стекло морозные узоры, красиво искрящиеся в свете трепетающего огонька свечи. Сквозь искаженные линии проглядывала деревенская площадь, сплошь покрытая полотном свежевыпавшего белого снега, и слух улавливал завывания пронизывающего ледяного ветра, что гулял по пустынным улочкам мирянского селения.