– Здравствуй, дорогой, – распростер объятия Азизов.
Он имел роскошный кабинет, по которому можно ездить на мотоцикле, тьму чистеньких, хорошо одетых, услужливых клерков, заполонивших четырехэтажное здание банка. Множество охранников, бронированный «Мерседес», трехэтажный дом на Рублевском шоссе. Но в запутанной иерархии он стоял куда ниже, чем Амаров.
Они обсудили движение денег по валютным счетам. Заработать деньги – ныне полдела. Надо их еще вовремя легализовать, перекинуть, выгодно вложить. Тогда деньги приобретают вес, тогда они дают власть и уверенность.
Два дня Шарифов вникал в детали последней финансовой операции. Он все привык выяснять до последней детали. И не привык доверять пустым словам. Эта дотошность нервировала председателя правления банка. А Шарифову нравилось, что в голосе Азизова появились услужливые нотки. Это означало, что бывший офицер КГБ наконец принят не только как правая рука хозяина, но и как его преемник, притом такой, которому палец в рот не клади. А с преемниками не шутят.
Еще два дня Шарифов потратил на укрепление связей с московскими друзьями и на решение с ними конкретных задач. Они обсуждали новые каналы поставки взамен тех, что спалились в последние три месяца. А также объемы продаж. Переговоры проходили достаточно удачно. У Шарифова все продвигалось почти так, как он рассчитывал. За эти дни он уяснил множество моментов в деятельности общины, которые не мог уяснить до сих пор. И еще он уверился, что вполне справился бы с организацией.
Вечером он встретился на квартире с Тофиком Салаевым – крупным оптовым продавцом.
– С рынков нас теснят, – жаловался Салаев, толстая туша, расплывшаяся на диване в одной майке. – Чеченцы виноваты. Зачем они дома взрывали? Зачем воевать?
– Зачем воевать, когда можно купить, – хмыкнул Шарифов.
– Вот именно. Они взрывают, а нас с рынков гонят… Что ни день – шмон. Того раздолья, как еще два года назад, уже нет. Тогда «травкой» торговали, как семечками. Теперь по переулкам да по подвалам продавать приходится.
– Милиция замучила? – Шарифов поддел вилкой кусок люля-кебаба.
– Замучила. Ох, жадные стали. Раньше поклевать с руки дал – они взмахнули крылышками и улетели. А сейчас – жрут и жрут.
– Розничных распространителей сильно донимают?
– Ох, сильно. Сажают и сажают. Расходы одни. Знаешь, я не могу позволить, чтобы человек просто так сел. О нем заботиться надо.
– И проблемы с новыми кадрами.
– Никаких проблем. Вон, в селах наших молодежь не знает, чем себя занять. Чем кур воровать, пусть русских ишаков наркотиками кормят. Звоню Нариману в Ленкораньский район. И он сколько хочешь людей направит.
– Спрос растет, как и положено. – Салаев приспустил носок и почесал ногу. – «Травку» героин почти вытеснил.