Все остальное время она тренируется."
"— С мечом? — догадалась Шарлотта. Она начала понимать, как устроена их семья.
Ричард кивнул.
— Я никогда не видел ее такой преданной делу. Она постоянно практикуется. Три года назад ее это не интересовало. Если бы ты спросила меня тогда, я бы сказал тебе, что она в лучшем случае будет посредственным бойцом. Сегодня у меня кончаются приемы, которым я могу ее научить. У нее развился инстинкт убийцы, она безжалостна, и я беспокоюсь о ее несдержанности. Что-то движет ею.
— Ты думаешь, она хочет охотиться на работорговцев?
— Я не знаю. Я рассказывал тебе о своем брате. У меня был еще один, наш сводный брат Эриан. Он был совсем ребенком, когда умер наш отец. Он стоял совсем рядом с ним в тот момент. Это нанесло ему непоправимый ущерб. Он скрывал это годами, но, в конце концов, ненависть поглотила его. Я не хочу такого для нее.
— Ты думаешь, убив работорговцев, ты сможешь исцелить ее? — спросила Шарлотта.
— Нет. Но я могу избавить ее от необходимости мстить самой. Она хороший боец, но еще ребенок. Если она пойдет за работорговцами, то умрет. Даже если она этого не сделает, жажда мести повредит ее еще больше. Рабство — это отклонение. Оно не должно существовать в наше время, но оно существует, и я решил, что не позволю этому продолжаться. Я не могу остановить его на всем континенте, но я остановлю его здесь, в Адрианглии. Софи никогда не увидит того, что видел я. Я не позволю, чтобы их зверства еще больше ранили ее. — Его голос превратился в рычание. Он спохватился. — Я отпустил ее на той лодке. Я был тем, кто сказал: «Я не вижу в этом ничего страшного. Давайте».
— Ты не мог знать.
— Это не отменяет того факта, что это произошло.
— Ричард, это не твоя вина. Она тоже ни в чем не виновата. Я могу отвести ее к леди Августине. Она стала моей приемной матерью в Ганерском Колледже. Она успокаивает разум, и она так же хороша в исцелении души, как я в исцелении тела. Если кто и может помочь Софи, так это она.
— Я не уверен, что ей нужна помощь. — Это было не в их стиле. Нельзя полагаться на чужаков.
Шарлотта подняла руки.
— Конечно, ей не нужна помощь. Никто из нас не хочет помощи, когда нам пятнадцать и мир сделал из нас жертву. Вот почему в нашей жизни есть взрослые, которые принимают такое решение за нас. Она может не хотеть этого, но ей это нужно. Обещай мне, что как только мы закончим, так или иначе, ты отвезешь ее в Колледж. Если никто из нас не выживет, ее сестра или Роза должны позаботиться о том, чтобы она навещала его. Я напишу письмо. Если ты возьмешь его с собой, леди Августина примет вас. Обещаешь?
— Обещаю, — сказал Ричард.
— Ловлю тебя на слове.
Печальный вой эхом разнесся по дому.
Шарлотта моргнула.
— Это та самая собака?
— Не может быть. Мы оставили ее с мальчиками.