В зеркальном отражении души Лайсы, Шарлотта чувствовала то же одиночество и смятение. Постучав кулаком по твердому конверту, она ощущала приближение неизвестной угрозы. Внутренняя битва за самообладание казалась безнадежной — как лезвие ножа, пронзающее сердце каждого читающего страницы этой загадочной повести "По лезвию грани"....
Она была странной девушкой, тихой, ее узкое лицо было спокойным, но в ней чувствовался какой-то странный намек на непредсказуемость, словно она просто ждала подходящего момента, чтобы ударить кого-то.
Обезображенное лицо трупа выглядело красным и свежим. Отметинам на лице Джейсона было больше года.
— Как ты состаришь ожог? — спросила Шарлотта.
— У нас есть некромант, — сказал Джейсон. — Она состарит его. Тебе нужно что-нибудь, чтобы исцелить меня?
Она покачала головой."
"Последствия усталости все еще сказывались на ней, скапливаясь в ее костях, но она оправилась гораздо быстрее, чем ожидала.
«Исцеление — благородная жертва», — наставлял голос леди Августины из ее воспоминаний. — «Причинение вреда — это эгоистичное извращение».
Ноша на самом деле не исчезла, подумала Шарлотта.
— Значит, исцеление… особый талант? — спросил Джейсон.
— Да.
— Кое-какой магии можно научиться.
Шарлотта кивнула.
— Да. Вспыхиванию можно обучиться, и оно может быть улучшено с помощью практики, даже для кого-то из Сломанного, если у этого человека вообще есть какая-то магия. Исцеление можно сделать более эффективным, но надо родиться с талантом.
Джейсон посмотрел на Ричарда.
— Твой меч — это вспышка, не так ли?
Ричард кивнул.
Джейсон посмотрел на нее.
— Я видел здесь много странного магического дерьма, но никогда не видел, что делает он. Я просил его научить меня, но он не хочет.
— Ты и так причинил достаточно вреда, — сказал Ричард.
Джейсон усмехнулся.
— Ой, старина, ты меня обидел.
Ричард поднял глаза к небу.
— Я натравил тебя на этот бедный, ничего не подозревающий город. Мне просто жаль головорезов Келены. Если я научу тебя вспыхивать, от них ничего не останется.
— Для этого мне не нужна вспышка. — Джейсон коснулся своего шрама. — Давайте продолжим.
Шарлотта взяла стул и поставила его в луч света, льющегося из высокого окна под потолком.
— Садись, пожалуйста.
Он сел. Шарлотта подошла ближе, повернув его лицо кончиками пальцев, чтобы лучше рассмотреть шрам на свету. Ожог второй степени, распространяющийся на ретикулярную дерму, глубокий слой кожи, защищающий тело от стресса. Она исцеляла и хуже.
