Автор
В ночной тиши мягкая зона, где он всегда остается в безопасности, Лена с удовольствием наслаждается его вниманием. Под ленивым взглядом коньяка она размещает свою легкость - тонкий плед, под которым прячется Лена, в вечной игре противостояния со всеми, кто близко к нему приблизился. С каждым днем жжение становится невыносимо, заставляя его мечтать о помощи или отчаянно пытаться справиться с болезнью самому....
— Да и своему руководству мне приходится рассказывать лишь малую часть того, что на самом деле произошло. Заверяю их, что мы — вы, я и школьный психолог— работаем над его поведением.
Ох уж это поведение.
В такие моменты единственное желание — биться головой об стену. Ну или вот хотя бы об эту парту, за которой я сижу в аудитории в школе, куда прибежала, как только раздался звонок Ольги Алексеевны.
— Руководство школы начинает говорить и, я бы даже сказала, настаивать на том, что нужно отправлять информацию в соответствующие инстанции.
— Нет, пожалуйста, только не это! — вскрикиваю я достаточно громко. В пустом классе этот отчаянный вопль даже мне режет уши. Пожилая женщина, сидящая напротив меня за учительским столом, лишь морщится. — Ольга Алексеевна, клянусь, я… придумаю, что ему сказать, чтобы он понял, насколько всё серьёзно.
В зелёных глазах женщины появляется сочувствие. В них столько теплоты и понимания, что плакать хочется.
Вот только я не могу себе этого позволить.
Мне нужно показать и доказать ей, что я сильная, что я готова бороться с трудностями, которые возникают по вине брата.
— Юлечка, милая моя, — учительница даже перестаёт обращаться ко мне официально. — Я же вам всё это говорю только потому, что переживаю за вас и особенно за Женю. Он не настолько пропащий подросток, как многим тут в школе кажется. Но моё мнение и просьбы дать ему ещё немного времени на адаптацию, поверьте, скоро перестанут учитывать. Вам нужно будет быть готовой к… м-м-м… визитам сами знаете каких видов органов власти.
— Ольга Алексеевна, я стараюсь как могу, вы же сами знаете! Но Женя… — глубокий тяжёлый выдох. — Он молча выслушивает мои нотации, потом говорит, что всё понимает, что больше так делать не будет и… И опять дерётся!
— Юля, боюсь, органам опеки может показаться, что вы не справляетесь со своими обязанностями, раз он продолжает так себя вести. А если ещё и ПДН подключится, то…
— Они могут забрать у меня Женю, да? — по спине пробегает холодок, от которого я невольно передёргиваю плечами.
— Боюсь, что да, — после непродолжительной паузы говорит с сожалением классный руководитель брата. — Возможно, вам стоит поводить его к другому психологу. Сами понимаете, наш школьный… Ну, он не может уделять Жене столько времени, сколько ему по-хорошему требуется.
Да я бы с радостью, если бы всё было так просто. Вернее, если бы у меня были деньги на хорошего профессионального психолога.
Беседа с учительницей длилась ещё буквально минут пятнадцать.
