Автор
В эпоху ожидаемого чуда, где каждый шаг обременен историей прошлого, главный герой наезженная жизнь приоткрывает тайны забытых мест. В поисках отчего-то исчезнувшего человека он случайно выследит следы великих событий древности, открывая пути к самопознанию и эмоциональной истерии. Отчуждённая атмосфера и тонкие переплетения судьбы делают каждую страницу этой книги неотъемлемой частью волшебства и драмы....
Нет, это все спланировано заранее. А теперь все у него в ажуре. Извините, Константин Иванович, мне надо срочно мчаться в Ковров. Может, еще не поздно.
Сыщики вышли на улицу, и Азвестопуло спросил:
– В Ковров мы ведь не едем?
– Нет, конечно. А спасаем склады. Только жандармов я в компанию на этот раз брать не хочу. Генерал Лукницкий умнее их всех, вместе взятых, он нам и поможет.
– Но Сайтани раскрыли именно жандармы, – напомнил коллежский секретарь.
– Увы, – вздохнул коллежский советник. – А я не сумел. Век живи – век учись.
Генерал-майор Лукницкий снова обходил завод, но Лыков настоял, что он нужен срочно. Поручик Самоквасов принялся искать начальство и обнаружил его на пороховых мельницах. Всеволод Всеволодович не стал вдаваться в детали, обещал прийти. Спросил лишь, понадобится ли Шарпантье. Сыщик ответил, что понадобятся все… Генерал дал команду адъютанту отыскать капитана. Через четверть часа в кабинете командира завода собрались нужные люди.
– Докладывайте, – приказал Лукницкий коллежскому советнику после того, как тот представил своего помощника.
– Я должен сразу оговориться, что это лишь наша догадка, – начал Лыков. – Но если она верна, никакие меры предосторожности не будут лишними.
Он обвел всех взглядом. «Пороховые» сидели и ждали продолжения, вид у них был серьезный.
– Вчера жандармы арестовали того самого человека, которого я ловлю уже третий месяц. Вы помните – Вязальщиков, он же Сайтани, он же Фон-Самсон, и прочая, и прочая.
Лукницкий иронично хмыкнул, остальные понимающе переглянулись. Сыщик предостерегающе поднял руку и продолжил:
– Теперь для него главное – замести следы своих покраж с военных складов. За это полагается виселица. Лучшим способом будет подрыв упомянутых складов.
В кабинете повисла тишина. Питерец дал «пороховым» время обдумать услышанное. Первым заговорил Всеволод Всеволодович:
– При первой нашей встрече вы говорили о поджоге.
– Взрыв для Сайтани предпочтительней. Больше разрушений, меньше улик.
Шарпантье воскликнул:
– Надо немедля предупредить окружное интендантство! Пусть усилят караулы.
– Боюсь, что поздно писать письма, надо действовать самим, – осторожно возразил Лыков.
– Поясните, Алексей Николаевич, – потребовал генерал. – Почему поздно? Полагаете, вот-вот все взлетит на воздух?
Военные заерзали."
"– Полагаю, Всеволод Всеволодович.
