Автор
В холодах Коми за Севера Дальнего — арctic песенка о городках и своих любимых городах. Наденешь белую шляпу и уедешь лететь в теплые края, но когда зима гнет твердым льдом — то черные строфы сольются в единую печальную мелодию "По понятиям Лютого".
Например, вот этот гордый двухмачтовый красавец, богато украшенный резьбой и позолотой, с выстланной коврами палубой и крылатой богиней на форштевне, – откуда он приплыл, с какой целью и куда он может направляться?
– Ну, что рты пораскрывали, олухи деревенские? Идите, куда шли! – гаркнул вооруженный копьем стражник, едва Модус и Квентин замедлили шаг возле богатого корабля и принялись читать его имя, выведенное золотыми буквами у форштевня: «Победа».
Они отошли в сторону, забрались вверх по насыпи и уселись на каменный парапет под широким навесом.
– Вот это корабль, я понимаю! – Он с жадностью оторвал зубами кусок лепешки. – На таком я согласен плыть куда угодно и сколько угодно!
– Ты согласен, кто бы мог подумать, – усмехнулся Квентин. – Что толку мечтать? Ну, сидит там какой-нибудь князь или полководец, а мы с тобой кто? Нам с тобой на таких кораблях никогда не плавать, только если во сне.
– Мелко мыслишь, Квентин.
– И что?
– Как что. Выиграю еще. Много денег. Разбогатеем. Вернемся домой как цари.
– Ты что, серьезно в это веришь? Один раз тебе повезло, хорошо заработал, и успокойся на этом. Не забивай голову всякой ерундой.
– А чего это ты вдруг разнылся? – Модус спрыгнул с камня, размял ноги. – Вот давай отыщем какую-нибудь харчевню, где играют в кости, и проверим все на месте.
Он встал в бойцовскую стойку, сделал несколько обманных движений и, выбрав удачный момент, неожиданно легко столкнул Квентина с камня.
– Вот увидишь, я огребу целую кучу серебра! Тогда и ты поверишь, никуда не денешься!
* * *Харчевни, каупоны и термополии лепились вокруг Селевкийского порта, как мидии на старых морских камнях. Здесь тебе и роскошные хоромы, отделанные мрамором, и тесные грязные лачуги с тараканами, где можно поймать что угодно – от дизентерии и лишая до ножа в спину.
Быстро перекусив, они отправились к столу, где бросали кости, встали рядом. Модус сразу обратил внимание на тощего, как палка, игрока с необычайно длинными пальцами. Выигрывал он чаще других, проигрывая же, не расстраивался.
