Автор
В холодах Коми за Севера Дальнего — арctic песенка о городках и своих любимых городах. Наденешь белую шляпу и уедешь лететь в теплые края, но когда зима гнет твердым льдом — то черные строфы сольются в единую печальную мелодию "По понятиям Лютого".
А вдруг нет? Он легко представил себя во главе войска, на великолепном коне, в золотых латах, в шлеме, украшенном белоснежными перьями… Одним движением пальца обращающим врагов в прах и пепел… Да он может выигрывать не только в кости! Он может побеждать в великих битвах и изменять ход мировой истории!
Набрав полную грудь воздуха, Модус крикнул:
– Я победил!
Наверное, его услышали даже с затягиваемой в водоворот триеры воины. Хотя им было не до этого…
* * *"
"«Победа» обладала превосходными ходовыми качествами, а внутреннее убранство являло собой образец роскоши.
– Вот это по мне! Настоящие царские покои!
Модус рухнул на подушки, раскинув в стороны руки.
– А помнишь, Квентин, того капитана с бородой в косичках? Как мы плыли на его грязном корыте?
– Еще бы! – сказал Квентин, падая рядом.
– Точно! А теперь он мой! Мой, понимаешь? – Модус расхохотался. – Квинт Метеллус, римский всадник, богач, толстая рожа, ха-ха! – он сейчас в ярости кусает себя за локти, а я плыву на его корабле, валяюсь на его подушках! Все стало так, как я хотел! И все всегда будет, как я хочу! – Его взгляд вдруг упал на Квентина.
Квентин встал, обошел каюту, заметил встроенный шкафчик. Внутри он обнаружил плотно закупоренный походный кувшин с вином и печенье. Кубок был только один. Модус выпил вино, затем молча смотрел, как пьет Квентин.
– Ну, хватит. Мне надо хорошо выспаться, день выдался тяжелый, а впереди еще неизвестно что нас ждет.
Он улыбнулся и закрыл глаза. Квентин в нерешительности застыл на месте.
– Слушай, – осторожно произнес он после паузы. – Я, конечно, ничего не имею против, только… Может, лучше просто открыть дверь?
– На палубе слишком шумно, – сказал Модус, не открывая глаз.
– Но это корабль, а не вилла.
