Автор
Игнат ругается вслух, глядя на унывное лицо своего слушателя. В комнате чувствуется незримая тьма и тревога — каждый шорох кажется зловещим. Роман, которого Игнат буквально выдернул из постели, явно не понимает масштабов проблемы, которая теперь их ожидает.
Неужели она на меня нажаловалась?
Так, спокойно, Алина. Что бы не случилось, беременную уволить никто не может. Просто выдохни и спокойно отстаивай свои права.
–Что же вы, Алина Викторовна, не сказали нам, что подали заявку на конкурс «Учитель года»? – Вдруг говорит директор. – Мы бы вас поддержали. Это очень почетно для школы…
–Я… – тяну, не зная, что сказать. – Честно говоря, собиралась сказать , если только отборочный пройду. А так…
–Это абсолютно неверная позиция. Вы простите, но вы же еще и в положении.
–Да, вы правы, наверное, – мямлю. – Спасибо большое, а что нужно от меня?
–Как это что? Написать заявление на должность заместителя директора по воспитательной работе. Ольга Васильевна решила любезно временно сложить полномочия по состоянию здоровья. А у вас и научные по дидактической работе, и участие в разработке учебных программ, и работа на кафедре.
"–Я… – хватая губами воздух, оттягиваю в стору воротничок блузки. – Я не уверена. Справлюсь ли…
–А Ольга Васильевна будет рядом, – с улыбкой обещает директор, – и всегда вам поможет. Более того, – поправляет она очки, – я прошу занести в протокол заседания совета то, что мы соблюдаем трудовой кодекс и не препятствуем развитию достойных молодых кадров, если их семейное положение скоро изменится. Я все верно говорю, Ольга Васильевна?
–Конечно, Людмила Прокофьевна, – сквозь зубы цедит завуч.
Я чувствую, как по моему позвоночнику стекает капелька пота. Что происходит в моей жизни? Как объяснить все эти агрессивные перемены, которые сбивают с ног и не сулят ничего хорошего?
–Оставьте секретарю документы, Алина Викторовна, – подводит итог беседы завуч, – и напишите заявление. А мы задержимся с вами, – переводит взгляд на коллег. – Есть что ещё обсудить.
Вываливаюсь в приемную и подхожу к секретарю.
–Простите, – прокашливаюсь, – можно водички?
Женщина отрывает от компьютера надменный взгляд и переводит его на меня.
–Конечно, вам теперь у нас можно все.
Поднимается на ноги, с шумом отодвигая кресло, и идёт к кулеру.
–Держите… – сует в меня стакан.
Я непонимающе хлопаю глазами, но воду все же пью.
–Мне бы ещё заявление написать и документы вам оставить… – говорю осторожно.
–На край стола. Бумага там же, – следует короткий ответ.
–Я не понимаю, – окончательно теряюсь.
