Автор
Игнат ругается вслух, глядя на унывное лицо своего слушателя. В комнате чувствуется незримая тьма и тревога — каждый шорох кажется зловещим. Роман, которого Игнат буквально выдернул из постели, явно не понимает масштабов проблемы, которая теперь их ожидает.
Если что-то не устраивает в дизайне, можешь сделать ремонт. Я пришлю рабочих.
Алина кидает на меня строгий осуждающий взгляд.
–А вы не боитесь, что здесь ремонт тоже затянется, обвалится потолок, например… А это неподобающие условия для ребёнка, – ехидно прищуривается.
–Не шути со мной, – предупреждающе понижаю тон.
–Ну что вы, как можно, – притворно восклицает она. – Все исключительно серьезно.
Я испытываю от нашей короткой пикировки парадоксальное удовлетворение. Острые зубки у девочки, хоть и совсем молочные.
–Как я могу привести сюда книги и вещи? Как буду добираться на работу?
Алина проходит в спальню, осматриваясь по сторонам и останавливается возле окна.
–Работать тебе необязательно, – хмурюсь.
–Как скажите, – пожимает плечами, – тогда вам нужно будет вернуть комитету образования полтора миллиона рублей за мое обучение в институте.
Нет, мне не жалко, но это уже действительно перебор. Пусть работает.
–Хорошо, буду возить тебя сам или кто-то из охраны.
–К семи тридцати, – ехидно уточняет Алина.
Может, все-таки полтора миллиона?
–К семи тридцати, если это необходимо, – вздыхаю. – Книги и вещи сможешь перевести завтра после работы. Я предупрежу рабочих на квартире. Они упакуют.
–Вместе со шкафами? – Дергает бровью Алина."
