И я — опять не я, исключительно его. Всего с одного касания. Жадного, злого, бесстыжего. Как если бы не губы целовал, а ласкал меня самым откровенным образом.
Да, он чертовски прав. Я хотела. Безумно. Вопреки всему. Даже если то являлось полным помешательством. С первого мгновения, как увидела его в лаборатории с беспокойством в красивых глазах. И после. Каждую проклятую секунду, что находилась рядом с ним. Несмотря ни на что. Потому и не стала отрицать. Ведь он — как то самое сумасшествие, от которого невозможно отказаться, даже если разум кричит тебе об обратном. И потому, когда Кайл вместе со мной отступил от стены, я лишь крепче прижалась к нему.
В несколько быстрых шагов он дошёл до кровати. На неё меня и опустил, нависнув сверху. Ладонь, прежде поддерживающая меня под ягодицы на весу, сместилась к бедру. Пальцы надавили на ставшую сверхчувствительной кожу и поднялись выше вдоль линии талии, а затем ещё выше, к груди, поочередно задевая вершины, сдавливая каждую, усиливая все ощущения во сто крат. Пришлось закусить губы, чтобы не выдать себя и весь тот отклик, что моментально пробрал моё тело, расходясь мириадами жарких мурашек. Кайл тут же сосредоточился на моём видимом действии.
— Приоткрой. Шире. Ты ведь и так собиралась, — задел большим пальцем нижнюю губу, оттягивая её.
Так грубо и откровенно, ужасно пошло и в чём-то жёстко, но, глядя во вновь ярко полыхающие золотом глаза зверя, я и не подумала сопротивляться, когда тот же его палец скользнул между моих губ, проникая глубже. Золото в изумрудных глазах вспыхнуло ярче. Вместе с бескомпромиссным приказом:
— Сожми крепче. Соси.
Наравне со сказанным, вторая его ладонь уместилась между моих ног. Приласкала невесомо, но я почти задохнулась от резко накативших ощущений и тут же прогнулась в спине, когда сразу два пальца резко толкнулись в меня до упора. И я действительно как та самая сучка текла для него, позабыв о всякой гордости и ненависти. Если я его сейчас и ненавидела, то только за промедление. Мне было мало его пальцев, хотелось больше. Хотелось чувствовать его в полной мере. До самого конца. Хотя бы раз. Потом я обязательно пожалею о случившемся и быстренько вернусь в свой образ лживой недотроги, но то будет потом. Сейчас же я позволяла ему делать со мной… всё.
В себя пришла лишь раз, когда мои ладони скользнули по его торсу вниз и зацепились за повязку.
— Похер. Молчи. Твой рот должен быть занят другим.
Снова поцеловал. Алчно. Глубоко.
