В поисках древних тайн, в маленьком городке забытых сокровищ открывается загадочная история: каждый новый фрагмент раскрывает шрамы прошлого, переплетающихся со скрытыми потайными путями. Здесь нет обычных героев — только те, кто ищет в этих местах нечто большее, чем просто земля и небо....
Он потянул на себя лётчика.
Правая ладонь ощутила мокрое и липкое.
Кровь.
Значит, ещё одно ранение. В спину.
На то, чтобы донести на руках потерявшего сознание младшего лейтенанта до лодки и доплыть до корабля ушло шесть минут.
Опустить в шлюз, достать и свернуть лодку (она сама всё сделала, только кнопку нажать), закрыть люк, уложить раненого на постель в жилом отсеке — четыре минуты.
До полного погружения корабля в болото оставалось четырнадцать минут.
Максим снял с головы лётчика шлем с очками, вгляделся в лицо.
Чёрные брови вразлёт.
Тонко очерченный нос, волевой, гладковыбритый подбородок.
Высокий лоб, на который падает чуб густых почти чёрных волос.
Максим бросил взгляд в зеркало. Оттуда на него глянуло смутно знакомое лицо. Чёрные брови вразлёт, тонко очерченный нос, волевой подбородок. Внимательные карие глаза.
Где-то он это лицо уже видел…
Где-где, в зеркале, ежедневно!
Похож? Похож, чёрт возьми.
Разве что губы у Максима чуть тоньше, не такие чувственные и по-юношески припухлые, как у этого незнакомого парня.
Даже телосложение и рост примерно одинаковые. Если ещё и глаза окажутся того же цвета, то и вовсе братья. Близнецы — не близнецы, но рядом.
Ну надо же, сказал он себе. Пролететь миллиарды километров, попасть в прошлое и тут же встретить человека, почти неотличимого внешне от тебя самого? Что, так бывает, серьёзно?
Значит, бывает. Всякое бывает в жизни, тебе ли не знать. Помнишь, как однажды в Таганроге ты встретил свою одноклассницу Лильку Гришину? Которая оказалась вовсе не Лилькой, а просто похожей на неё один в один.
Сначала нога.
Разрезал комбинезон и синие галифе под ним, прижал рядом с раной капсулу с обезболивающим, дождался, когда лекарство всосётся под кожу.
Остановил кровь. Промыл рану. Наложил универсальный заживляющий пластырь.
Вот что значит война — хорошо учили первую помощь раненым оказывать, руки сами всё помнят.
А ведь хотели установить полноценный медотсек на корабле. Хотели. Передумали. Посчитали нерациональным. Как бы сейчас пригодился! Но чего нет — того нет.
Теперь медсканер.
Так, что тут у нас. Ага. Пуля перебила большую берцовую кость, разорвала икроножную мышцу.
Совместил место перелома, глядя на чёткую картинку, которую показывал медсканер и зная, что лётчику не больно, — обезболивающее уже сделало своё дело и будет действовать ещё долго.
