Герой попадает в августе 1941 года на оккупированную немцами украинскую землю. Советский человек XXI века вынужден выживать среди врагов, оторванный от своих. Ему предстоит невозможное – сражаться в чужую эпоху, где никто не поверит его истории.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «По прозвищу Святой. Книга первая» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Герой попадает в августе 1941 года на оккупированную немцами украинскую землю. Советский человек XXI века вынужден выживать среди врагов, оторванный от своих. Ему предстоит невозможное – сражаться в чужую эпоху, где никто не поверит его истории.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой попадает в августе 1941 года на оккупированную немцами украинскую землю. Советский человек XXI века вынужден выживать среди врагов, оторванный от своих. Ему предстоит невозможное – сражаться в чужую эпоху, где никто не поверит его истории.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
На краю вырубки Максим, шедший последним, обернулся.
Два костра полыхали посреди вырубки, чёрный дым поднимался к синему, летнему, но уже не мирному небу.
Найдут, конечно. Но не сразу. А когда найдут, то обнаружат лишь сгоревшие остовы, пользы от которых никакой.
Было два часа дня.
Шли так. Впереди Петро, который знал дорогу. За ним Моисей Яковлевич и женщины с детьми. Потом Василий, Лёва, Изя и замыкающим Максим.
Все мужчины были вооружены. Петро, Василий, Лёва и Максим — автоматами. Изя и Моисей Яковлевич — винтовками. Кроме этого, Максим отдал Майе ТТ (женщина настаивала, и Максим уступил, показав, как пользоваться оружием), а сам остался с люгером на поясе и двумя обоймами к нему.
В целом, неплохо, думал Максим. Не с пустыми руками идём. Ещё не известно, что там у партизан с оружием и всем прочим.
К дубраве на берегу речки Мощаницы вышли через час с минутами. Оно и понятно — лесные тропки не асфальт и даже не грунтовка. Хотя надо отдать должное, шёл отряд довольно бодро. Никто не отставал, не ныл, и даже не натёр ноги.
Вуйко Аким уже ждал. Вышел навстречу, встал на тропинке. Только что никого не было и — вот он стоит. В серо-зелёном плаще и сапогах, которые сменили галоши. На плече «берданка» — охотничий дробовик, переделанный из винтовки Бердана. На голове видавший виды треух. За спиной — вещмешок.
— Все живы-здоровы? — спросил он, снова переходя на русский.
— Все, — доложил Максим.
— Значит, слушайте сюда. Идти далеко, вёрст сорок, и всё по лесу. За сегодня не дойдём. Сейчас всем отдохнуть десять минут, покурить, в кусты по маленькому и большому сходить, кому надо, водички попить, и быть готовым.
Он присел на поваленное дерево, вытащил из кармана плаща кисет и пачку папиросной бумаги (видимо, довоенные запасы, подумал Максим), ловко свернул самокрутку, прикурил от спички.
Рядом с ним присел Петро, тоже закурил, достав из кармана потёртый портсигар. Протянул Василию:
— Кури, Вася. На том свете не дадут.
Молодой шофёр поблагодарил, взял папиросу, закурил, тоже уселся на бревно.
Максим стоял неподалёку, всматриваясь и прислушиваясь.
Лес как лес. Тихо журчит речка Мощаница, заросшая по берегам кустами да осинником и больше похожая на крупный ручей. Перекликаются птицы. Где-то деловито стучит клювом дятел, выискивая себе еду под древесной корой. Жужжит овод. Мелькнула и пропала в солнечном луче стрекоза. Чистая благодать и ляпота.
