В тени городских фонарей, Маша чувствует острый шок от реальности: ее гипнотизирует холодный взгляд и уверенность в собственной правоте. Но внутри у нее растет ненависть — к его лжи и к своему собственному бездействию. Как бы далеко она ни побежала, каждый шаг таит опасность: он может догнать и перерезать шею в любую минуту. Этот мир, казалось бы, идеален — но как же больно оказаться под его маской благосклонности....
— Да, он мне завуалированно угрожал и, признаюсь честно, задел меня. Но это не месть, мне плевать на этого ублюдка. А на тебя нет. Но если тебя устраивает роль любовницы, то извини… — ехидно ухмыляется Володя. Как странно устроен человек. У меня нет причин не доверять Владимиру, он никогда меня не обманывал, но я отчаянно не желаю ему верить. Я ещё ничего не чувствую, я в замешательстве. Глеб говорил, что никогда не был женат. Лгал? Я думала, такие мужчины не опускаются до грязной лжи. Они выше этого…
— Я прям слышу, как ты ищешь в своей голове ему оправдания, — Владимир встаёт с кресла, подходит к моему столу, что-то печатает в поисковике, открывает какие-то статьи и фотографии, а потом демонстрирует мне.
"«Глава «ОЭС холдинг» Глеб Романов со своей женой» — так звучит заголовок над фото. Такая качественная фотография, на которой Романов с красивой утонченной милой женщиной. Он, как всегда, неотразим в сером костюме идеально отглаженной рубашке, об ворот которой можно порезаться, на его лице циничная высокомерная ухмылка, а рядом с ним маленькая, хрупкая блондинка в брендовом белом платье.
— Это было три года назад! — говорю Владимиру.
— О Боже! Ну не любит он светиться с женой, фотографий мало. Но он женат! Женат до сих пор! — четко повторяет мне Володя.
— Ну, если тебе мало моих слов, — оскорбленно произносит Володя. — То завтра он с супругой будет на благотворительном аукционе. Я могу достать два пригласительных. Тебе полезно будет сходить и убедиться лично, — отворачиваюсь от него к окну и смотрю на серые тучи, из которых льет промозглый дождь.
