Для начала она окинула взглядом точеный, классических линий торс; благодаря неустанной заботе кожа ни на йоту не утратила свежести, оставаясь все такой же нежной, гладкой, ровного тона. Слава богу, что у нее не было детей — последствия были бы непоправимыми. После окончания утренней партии в теннис ни один луч солнца не смел коснуться тела Сьюзен — поэтому кожа у нее была как у девочки. Казавшаяся хрупкой, Сьюзен обладала в действительности почти неженской силой — многолетние упражнения сделали тело упругим, плоский живот, гибкие руки и длинные мускулистые ноги говорили о том, что ее ежедневные два часа в гимнастическом зале не проходят даром.
Укладывая светлые волосы в неизменный пучок и накладывая почти незаметную, но изысканную косметику, Сьюзен еще некоторое время посмаковала идею выглядеть на тридцать четыре в пятьдесят с хвостиком. Конечно, к тому времени все вокруг уже поймут, что какую-то «работу над собой» она делает, — просто потому, что слишком давно ее знают, но вот посплетничать о том, какую именно, когда в точности и у какого врача, что они неизменно делали по поводу каждой женщины, которая вдруг начинала выглядеть «отдохнувшей» — этой возможности у них не будет.
Пройдя в кухню пятикомнатного номера, Сьюзен достала из холодильника салат с цыпленком, заранее приготовленный для нее горничной, и быстро, не замечая вкуса, опустошила тарелку. Затем, выбрав самое простое из заполнявших шкаф роскошных дорогих платьев, оделась и вышла из гостиницы, бросив на ходу обычное приветствие услужливому швейцару. Убедившись, что отошла достаточно далеко, Сьюзен подозвала такси и назвала водителю адрес на Второй авеню. Вскоре машина подъехала к довольно бесцветного вида современному зданию; у дверей никого не было, и, войдя внутрь, Сьюзен сама вызвала лифт. Поднявшись на одиннадцатый этаж, она ключом открыла дверь небольшой квартирки, владелицей которой была уже многие годы. Квартиру, по ее просьбе, приобрели для нее опекуны, по ее же просьбе обставили стильной мебелью от «Блумингдейл дизайн» и все эти годы за ней присматривали. Назначение этого тайного прибежища заботило их настолько же мало, насколько ограничены были их контакты с супругом Сьюзен — Кертом Арви.
Гостиная вполне симпатичная, подумала она, — эта мысль возникала у нее всякий раз, как она сюда входила, — уютная, обставлена не без вкуса — в общем, такая, которую могла позволить себе любая одинокая работающая женщина. Включив кондиционер — воздух явно слегка застоялся, — Сьюзен быстро прошла в смежную с комнатой спальню. Перешагнула порог, и сердце ее забилось еще сильнее, чем в тот момент, когда она выходила из отеля «Шерри Нидерланд».