Если раньше слуги следили только за дорогой и подъездами, то теперь можно было свободно перемещаться повсюду. Мужчины ворчали, а женщины радовались. Орава детей теперь пропадала на выделенной площадке, а не носилась по жилым помещениям. Да и с цветами жить оказалось приятнее и все гадали, что посадит леди на следующий год и не попросить ли рассаду для себя, чтобы поставить её на подоконник.
Нина закончив все дела по подготовке своего каравана облегчённо выдохнула и снова нахмурилась. Арлинд сказал, что переправит её груз раньше других и есть шанс, что они вообще не будут мозолить глаза торговцам. Это всё хорошо, но надо же объяснить ледяным, как хранить подарки дальше! Вдруг они пельмени с варениками затащат в тепло? Или сухофрукты положат во влажное помещение? А догадаются ли они как приготовить? На коробочках всё написано, но вдруг они не грамотные?
Чем дольше Нина думала, тем больше вырастали страшные «а вдруг».
«А вдруг им ничего не надо?», вернулась самая ужасная мысль. И всё, волнения нового рода захватили её. Она вовлекла стольких людей, все пахали последние месяцы и не всегда за деньги и вдруг всё зря?
Арлинд постарался её убедить, что с караваном миледи отправил сообразительных людей, которые всё объяснят и уверял, что демоны всё прекрасно сообразят. Нина кивала, но переговорив с Мируной, послала со своими подарками Хайра и горничную. Последняя разрывалась между тем, чтобы проследить, как будет выглядеть миледи перед демонами и желанием самолично убедиться, что ледяные правильно поймут, как беречь подарки.
Нина настаивала, что справится, но когда Мируна с Хайром уехали, то посмотрела на Дара и поняла, что погорячилась. Поддерживать шатёр в тепле, следить за ребёнком, приводить себя в идеальный вид, да ещё она хотела бы пригласить Селвина на чай или на бокал вина, а может даже на дегустацию пельменей, как получится.
И снова занервничала.
–Лорд командующий, нельзя выйти пораньше, я без горничной, мне понадобиться больше времени.
–Больно много на себя берёт ваша горничная, миледи, – буркнул лорд.
Нина едва скрыла самодовольную улыбку. Ей приходилось с ним общаться по делам, видеть часто за обеденным столом. Она поддерживала нейтралитет, не выказывала ему никаких эмоций. Не злилась, когда он возмущался, что его ребятушек привлекают к бабьим делам, не улыбалась, когда он пытался пошутить. А когда выехали заранее к стене и командующий их сопровождал, то ввалившись к ним в домик он ожидал, что перед ним, как в прошлый раз накроют столик, однако Мируна поставила горячую воду в кружке и заявила, что собрались быстро и ничего не брали с собой. И это при том, что в домике пахло пирогами, а Дар едва проглотил запихнутую за щёки еду и широко раскрыв глаза смотрел на горничную.