В поисках выздоровления после травмы, главный герой отправляется на север страны, где теплое лето и чистые горы создают особую атмосферу исцеления. Здесь жизнь медитирует в ритме природных процессов: первое января несет с собой надежду и мечты о новом самочувствии.
И что теперь?"
"– ВККС, Лена, – со вздохом сказала всезнающая и всеведущая Тамара Тимофеевна Плевакина, к которой я приехала незваной «на чай». – Будет разбирательство. – И она придвинула ко мне сладкий пирог, призванный смягчить горечь слов.
ВККС – Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации, орган судейского сообщества, рассматривающий вопросы отбора кандидатов на судейские должности, приостановления и прекращения полномочий судей и присвоения им государственных наград и званий.
Понятно, что в моем случае речь пойдет отнюдь не об орденах и медалях за доблестный труд. Представ перед ВККС, я буду давать ответ по всем обвинениям, прозвучавшим в публикациях, и коллегия решит, достойна ли я продолжать работу или же меня надо гнать из судей поганой метлой.
– А Анатолий Эммануилович? – Я оглянулась.
Думала ведь застать шефа дома, но меня встретила лишь его верная супруга.
– На него не рассчитывай, – Тамара Тимофеевна покачала головой. – Во-первых, он в больнице… сердце.
Ого! Вот этого я не знала и впервые почувствовала себя виноватой:
– Из-за меня?!
– Ну, не только, ты же понимаешь, возраст, – уклончиво ответила Тамара Тимофеевна, отводя вгляд. – Но дело даже не в этом, из больницы-то Толя выйдет, не так он плох, слава богу. Тут важно другое. Пошла волна, речь идет о необходимости очистить судебную систему, было уже несколько громких скандалов с судьями, причем именно с женщинами-судьями. Одна, ты помнишь, закатила роскошное торжество с выступлениями звезд эстрады на свадьбу дочери, другая работала по поддельному диплому, третья в Интернете оскандалилась – выложила, пьяная дура, видео, в котором называет себя сексуальной кошечкой и сладкой, прости господи, писечкой.
– Я Диманди не платила, – насупилась я. – Он пришел спеть для Сашки по собственной инициативе.
– ВККС разберется, – кивнула моя собеседница.
– А если я докажу, что ни в чем не виновата?
Тамара Тимофеевна молча смотрела на меня.
– А если я докажу, что виноват кто-то другой? – спросила я иначе.
– То есть тебя подставили и безвинно оклеветали? – правильно поняла меня мудрая женщина.
